На пороге возник Вазган. Он тоже не достиг успеха в поисках лекарства. Этот факт очень злил рыбу, но лекарь уверял Венус, что это временные трудности, и он обязательно докопается до истины и сообщит об этом девушке. Сейчас он сказал следующее:
– Я сделал все, что мог для твоей матери. Сейчас ей нужно начать двигаться, не забывать про правильное питание и сон. К тому же она высказала желание поработать на благо общества. Мы решили, что лучшим вариантом будет направить ее на остров Чумарек, в их местный монастырь.
Леди Мирра вопросительно взглянула на дочь. «Решила поработать… маму очень изменила эта болезнь». Вслух же Венус сказала:
– Конечно, я провожу тебя.
Она выхватила из рук матери котомку, взяла ее под руку, коротко кивнула Вазгану, и женщины направились к пристани. Там, в ожидании ближайшего корабля, который смог бы довезти их до места, мать и дочь впервые поговорили. Не было пролито ни слезинки, все, что можно было, они выплакали до этого. Леди Мирра с искренним интересом слушала о том, как преобразился дом, обрадовалась, когда Венус сказала, что смогла отстоять честь отца, и, казалось, по-настоящему опечалилась, когда узнала о Кайре. Когда же Венус хотела спросить о том, что произошло с мамой и сестрой после расставания в тот злополучный вечер, усатый капитан пригласил их на борт. Путь предстоял недолгий, и женщины провели его, стоя на палубе и высматривая вдали остров Чумарек. Они стояли совсем близко, но все же не касались друг друга. И молчали.
Как только Венга высадились на острове, к ним подошли две монашки в темно-красных одеяниях. Оказалось, что леди Мирра загодя прислала им письмо с просьбой принять в свою обитель. Ответ монахинь был положительным.
Настало время прощания. Обе знали, что это их последняя встреча. И никто не был готов начать этот последний разговор. Да и о чем было говорить? Наконец, молчание прервала Мирра.
– Таин умерла от той болезни, что чуть не забрала меня. Кстати, я благодарна тебе, что ты не бросила меня и довезла сюда. Я рада, что у тебя теперь все хорошо. Прости, я знаю, многое было не так. Я люблю тебя. Прощай.
С этими словами женщина резко повернулась и начала свое восхождение в сопровождении двух монахинь, по семи тысячам ступеней, которые должны было вознести ее в обитель.
«Вот и все», – отпечаталось в голове у Венус. Она, может, и хотела бы еще что-то сказать матери, может, догнать ее, вернуть. Но оклик капитана, возвещавшего, что корабль скоро отбывает, прервал ход ее мыслей, и девушка побрела к морю.
***
Пока Венус искала лекарство, остальные ребята занимались домом, садом и огородом. Ко многим сюда уже переехали семьи, и дом окончательно ожил, став похожим на маленький город. Вскоре сюда стали приезжать торговцы и купцы, продавая или покупая товары. Все дела вел Фиар и вел очень успешно, так что скоро на месте бывшей псарни стали строить второй дом. Однако потом произошло странное. В одно утро к главному крыльцу пришло множество собак. Стая, состоявшая по крайне мере из пятнадцати голов, просто разлеглась на поляне перед домом. Они не вели себя агрессивно, наоборот, радостно приветствовали Венус, ластились, лизали ей руки и виляли всем телом, будто давно ее искали. Одна собака, большая черная сука, показалась Венус смутно знакомой.
– Прогнать их, наставница?
– Нет, пусть живут. У нас как раз нет охранников.
И псы остались, и псарню пришлось отстраивать заново. После этого происшествия прошло всего пара дней, как к Венус обратились Джефф и Фиар с весьма трудным разговором. Они подловили ее у колодца.
– Наставница, есть разговор, – пряча глаза, начал Фиар. Девушка напряглась и, отставив пустое ведро, обернулась к ребятам.
– Да?
– Аврора тут обмолвилась, что Вы уедете скоро. И пока Вы еще с нами, мы попросить кое о чем хотели.
– Мы, конечно, и сами могли попробовать, но с Вами как-то… – замялся Джефф.
– Говорите же.
– Мы хотим расправиться со служителями Гептоса!
При упоминании убийц внутри у Венус все похолодело. Она тут же вспомнила письмо, найденное ею в комнате матери. Девушка так никому и не рассказала о нем.
Ребята расценили молчание рыжей по-своему:
– Если у Вас времени нет совсем, то мы и сами…
– Нет-нет! – голос Венус вдруг сорвался, став высоким и неубедительным. Она прокашлялась. «Хватит пищать как мышь». – Меня они тоже тревожат. И одних я вас не отпущу. Но времени у меня и правда немного. Потому – отправимся сегодня вечером, только соберем вещи.
«Сейчас или никогда».
– А мы уже собрали, – усмехнулся Джефф. – Мы знали, что Вы поедете. Вы смелая.
Ребята развернулись и пошли к дому, а Венус еще несколько минут прокручивала в голове слова парня, забыв о ненабранной воде.
«Смелая… и это он про меня! Я была какой угодно, но смелой».
«Я… разберемся со служителями и тогда поговорим».
…
