– Что случилось? – срывающимся голосом спросила девушка, выронив лук и обхватив себя руками. Она еще никогда не сталкивалась со страдающими детьми. Дети должны смеяться, бегать, играть, но никак не бороться за каждый вздох.
– Кайра наступила на камарку в траве. Та несколько раз укусила ее. Помоги, прошу, ты же целительница! Мы принесли твою сумку, но ничего не понимаем из этого! – Аврора встряхнула ее рюкзак с травами. Оттуда посыпала труха, в которую превратились ее аккуратно разложенные запасы.
– Как давно это произошло? – девушка встала на колени у ребенка, но все еще пребывала в оцепенении. По краям полей зрения начали мигать черные и красные полосы, а пальцы рук онемели, будто девушка отлежала их.
– Да с час назад.
Венус нахмурилась. Да, она была целительницей, но не всемогущей. И как целительница она понимала, что яд уже слишком глубоко проник в организм ребенка. Как в тумане Венус начала перебирать травы в сумке, но скоро отбросила эту затею, откинула мешок и закрыла лицо руками.
– Что такое? – обеспокоенно спросила Аврора. – Что-то принести?
– Нет. Аври, я ничего не могу… – Венус положила руку на плечо подруги, но поднять голову и посмотреть ей в глаза не осмелилась. – Слишком поздно.
Глаза Авроры блеснули нездоровым огнем. Она дернула плечом, сбрасывала ладонь рыжей, подалась вперед, заглядывая ей в лицо и прошипела:
– Ну уж нет. Сделай что-нибудь! Я столько тебе помогала, а ты не можешь спасти мою сестру? Да какая ты Избранная-то после этого!
И тут же, будто устыдившись своих слов, она прошептала:
– Прошу. То зелье… оно нужно ей.
Венус дернулась и отвернулась еще сильнее, вывернув шею до боли.
– У меня… нет его.
Аврора склонила голову, уставившись в землю и холодным голосом откликнулась:
– Ты отвезла его Ампрапану?
Венус взмолилась всем богам, чтобы Аврора не прочитала ее мысли.
– Да.
Белокурая девушка устало кивнула. В страшной наступившей тишине было слышно лишь похрипывание ребенка. Анжил закрыла лицо платком и замерла. Ребята затаили дыхание. Аврора вновь обратилась к Кайре, начала разбирать спутавшиеся на потном лбу волосики. Девочка выгнула спину и закатила глаза так, что стали видны лишь белки, как совсем недавно у шамана. И тут легатка поняла, что делать.
Венус несмело протянула руки к больной.
– Позволь? Я кое-что сделаю. Не то, чтобы это поможет. Но ей станет легче.
Аврора без колебаний протянула ребенка рыжей. Венус закатала рукава, обнажив браслеты, дотронулась до нескольких из них, и приняла ребенка. Она мерно укачивала ее и шептала заклинания, походившие на песню. Солнце наполовину спряталось за верхушками деревьев, когда тишина вдруг стала абсолютной. Все на поляне будто очнулись от транса. Кайра застыла. Голова ее безвольно свисала вниз, а из приоткрытого рта текла слюна. Аврора подалась вперед.
– Она… – выдохнула девушка.
– Спит, – помотала головой Венус, успокаивая подругу. – Я надеюсь, когда-нибудь я смогу расшифровать тот рецепт, и она вернется к нам. Но тех пор она будет спать.
– Доченька моя…
Аврора забрала ребенка и вновь стала гладить ее по волосам, по которым текли слезы безутешной матери. Венус сама еле сдерживалась, чтобы не разрыдаться. В толпе она заметила испуганную Марию. Та держала двух кукол – для себя и подружки. Только вот последняя не скоро сможет с ней играть.
– Она ничего не чувствует. Не видит, не слышит. Еда ей тоже не нужна. Только покой.
Аврора не ответила. Она раскачивалась из стороны в сторону, напевая какую-то колыбельную. Не в силах выдержать этого зрелища, Венус развернулась и пошла в дом. Слезы градом бежали по ее щекам. «Как неправильно. Дети не должны умирать».
Следующие несколько недель прошли в траурном молчании. Дом будто замер. Аврора все это время не отходила от кровати Кайры, которая стала совсем невесомой и, казалось, почти прозрачной. Анжил приносила еду бедной матери и убиралась в комнате госпожи.
Венус же это время провела за изучением обрывка рецепта. Она комбинировала разные травы, ездила за ними из одного края страны в другой, говорила с травниками и целителями, проводила опыты с крысами и кротами, но все бесполезно.
Однажды дорога привела Венус в прибрежный город Аттилу, где, по слухам, лечил людей не то человек, не то рыба по имени Вазган. Узнать, где он живет, было чрезвычайно трудно, потому как из-за своих исключительных способностей к исцелению, Вазган имел многочисленную армию страждущих. А рыбы, как известно, не любят шума и суеты. Однако Венус смогла найти его лачугу. Для этого пришлось облазить самые злачные места портового городка, пару раз выпустить дракона, чтобы припугнуть и развязать языки местным бандитам, и оставить не одну сотню злотых хозяевам таверн, которые, как известно, знают много, но обязательно не то, что нужно. Но вот волчица стоит на пороге покосившейся хибары, разместившейся под сваями домов, уперлась одной ногой в стену и, руками ухватившись за ручку, пытается открыть дверь, которую с той стороны упорно держит хозяин дома.
– Никого нет! Все буль-буль, того, ушли!
– Откройте, мне только спросить!
