Визит в Ватикан привел к одной из тех сцен, комичных с точки зрения ретроспективы, но унизительных в тот момент, когда они происходят. Наши сотрудники из передовой группы задумали необычную идею, чтобы президент отправился на Шестой флот прямиком с площади Святого Петра на военном вертолете США. Курия, папский кабинет, полагая, что здесь было достаточно военной атрибутики за весь день, тактично предложили, чтобы министра обороны не включали в состав общей аудиенции, которую святой отец устроил бы для членов команды президента после личной встречи с Никсоном. График был составлен соответственно, и Мел Лэйрд не входил в состав группы, которая была занята отдельными переговорами, в то время как папа и Никсон уединились. Однако исключение действующего политика уровня Лэйрда из состава приглашенных на аудиенцию с папой требовало большего, чем раздача распечатанного плана мероприятий. Когда официальная делегация двигалась в папские покои для общей аудиенции, появился неожиданно Лэйрд, пожевывая свою вездесущую сигару. На вопрос о том, что он здесь делает, Лэйрд пробормотал что-то о поисках вертолетов, хотя не было ясно, как, по его мнению, они могли бы оказаться
Американская группа была размещена в два ряда по правую сторону от Никсона и святого отца, сидевших рядом друг с другом. Папа произнес небольшую приятную речь, когда неожиданно из кармана костюма Лэйрда пошел дым. Лэйрд попытался погасить пламя своей сигары, вначале не привлекая к себе внимания, но, в конце концов, он сдался и начал бить себя по боку. Некоторые из присутствующих, которые не могли видеть и понять целую драму министра обороны, приносящего себя в жертву перед папой, восприняли усилия Лэйрда по ликвидации пожара как аплодисменты, к которым они и присоединились. Только накопленная за два тысячелетия мудрость позволила официальным лицам Ватикана сделать вид, что ничего необычного не происходит, и, таким образом, дать возможность событиям развиваться до запланированного финала.
Один причудливый эпизод следовал за другим. Как и во время всех зарубежных поездок Никсона, то, что описывалось передовой группой как «позирование перед прессой», должно было иметь место и быть запланировано так, чтобы снимки могли появиться в вечерних телевыпусках. Существовало непреложное требование по цвету и групповым фото. Подстегнутые Холдеманом, понимание которым концепции суверенности не было его самым развитым качеством, члены передовой группы обрушивались на правительства, сбитые с толку современными пиар-отношениями с общественностью, как они практикуются в Америке, но не желавшими обижать президентскую команду. Так было и в Ватикане, у которого были свои сомнения по поводу того, что снимок военного снаряжения перед площадью Святого Петра передавал подлинное впечатление о его духовной миссии, но который в итоге уступил доводу о том, что напряженный график президента не позволял поступить по-иному.
К сожалению, именно в то время, которое было определено для отбытия, членов передовой группы поразило осознание того, что не было сцен с толпами людей и Никсоном в Риме. Это было необычно. Иностранные высокопоставленные лица посещали Рим с тех пор, когда начали вести записи. Римляне, проживающие там, где герои маршировали в параде сотни лет, довольно пресыщены обилием политических лидеров. В основе своей Рим это город пап; только их передвижения привлекают внимание. Даже Джон Кеннеди не собрал толпы в Риме. Но Холдемана не интересовали исторические параллели. Он руководствовался мудростью, обретенной за многие годы проведения предвыборных кампаний в Америке: ничто так не создает взволнованные толпы, как дорожные пробки. Поскольку г-же Никсон не было позволено посетить флот в соответствии с существовавшими на то время правилами ВМФ, было решено на месте, что президент отвезет ее в ее гостиницу в лимузине. Был тут же сформирован автомобильный кортеж, который отправился в центр Рима в разгар часа пик, в то время как остальные сидели в ожидании в вертолетах перед Ватиканом. Нельзя было представить более успешной операции. Те из нас, кто оставался вне кортежа, не видели нашего руководителя в течение двух часов. Когда вертолеты в итоге взлетели, радостный Холдеман сказал нам, что пробка на дорогах была поистине грандиозной, толпы огромные, их чувства почти не сдерживались. Все это способствовало созданию отличного телефильма. Что папская курия думала о вертолетах, ожидавших на площади Святого Петра в течение двух часов, никто никогда не узнает. Но это, вероятно, и к лучшему.
