Беседа царевича и короля перешла с политики на более общие темы. Зашел разговор об охоте и метком выстреле Рабадаша, который сразил дичь наповал. Сьюзен не нашла в этой теме ничего интересного и отвлеклась. Лично ей убитых животных было жалко: в Нарнии они говорили, были столь же разумны, как и другие жители. В Орландии, возможно, звери были не менее умны, но вот выразить свои чувства словами не были способны. Разве это оправдывает их убийство?.. Слова короля Лума застали ее врасплох:
- В Нарнии также немало отличных стрелков. Их представительница удостоила нас своим визитом. Я много слышал о Вашей меткости, королева Сьюзен.
- Благодарю, Ваше Величество, мне очень лестно слышать подобный комплимент из Ваших уст, - произнесла девочка настороженно. Среди дам, которые все же отправились вместе с правителями на охоту, повисла напряженная тишина. – Однако…
- Не хочу никого оскорбить, но военное дело – исключительно мужское занятие, - отметил Рабадаш равнодушно, даже не взглянув на королеву. – Недаром именно мы сражаемся на поле боя, когда как дамы ожидают нас дома.
- Я бы не был столь категоричен, царевич, - мягко возразил Лум, бросая на прищурившуюся Сьюзен многозначительный взгляд. – Разные страны, разные культуры… Да и в присутствии Ее Величества так говорить не следует.
Девочка замерла на месте, быстро соображая, что к чему. Орландец не зря затеял этот спор с Рабадашем. Он действовал куда тоньше, и горячему царевичу было не тягаться с опытным политиком. Лум намеренно завел речь о противоположных традициях Нарнии и Тархистана и к Сьюзен обратился не просто так. Чего он добивается? Хочет столкнуть две страны, что с таким трудом сохраняют между собой мир?.. Или же дает ей шанс поставить Рабадаша на место, не выходя за рамки приличий? Королева прекрасно видела, к чему идет этот спор. Но стоит ли вестись на игру Лума, поддерживать его инициативу?
Пренебрежение Рабадаша вспомнилось как нельзя кстати. Вместе с отношением к гостье орландской знати в Сьюзен взыграло чувство собственного достоинства. Да, это противостояние будет схоже с тем, что имел с царевичем Эдмунд на ристалище. Но оно будет чище и аккуратней, нежели та драка, что состоялась в Кэр-Паравале. Тархистан, куда не приезжает, пытается установить свои порядки. Пора положить этому конец – дипломатично и благоразумно, как и поступала всегда королева.
- Король Лум прав, царевич, - произнесла она, подходя к замолчавшим мужчинам. – Проверить Ваши слова очень легко.
- Не думаю, что с моей стороны будет честно сражаться с Вами, - ответил Рабадаш после недолгой паузы. Сьюзен наклонила голову вбок, из-за чего волосы ее рассыпались по плечам, и ответила с миролюбивой улыбкой:
- Позвольте напомнить, что здесь не Тархистан, и мы все равны. Так что не волнуйтесь, я не нахожу нечестным это маленькое… Дружеское соревнование между нами.
При слове «дружеское» Рабадаша едва не передернуло. У него уже имелся опыт такого противостояния с нарнийскими правителями, и не самый радостный. Сьюзен знала, что он не откажется. Сам попался на удочку Лума, теперь будет расхлебывать, а увернуться не позволит гордость – сам же заявил, что женщинам в бою не место, так разве позволит он себе отступить? Орландец отошел в сторону, почтительно кивнув королеве, которой оставалось только завидовать такой ловкости. Еле уловимыми касаниями направить противника в нужном направлении – ей до такого еще учиться и учиться… Но это после. Сейчас главное – не оплошать.
К чести Рабадаша, стрелял он так же хорошо, как и дрался. Однако Сьюзен могла составить ему здоровую конкуренцию, и верный лук не подвел свою хозяйку. Она знала, что должна попасть в мишень – светлое пятнышко шишки на дереве, и стрела точно поразила свою цель, когда как стрела царевича лишь задела ее по касательной. После непродолжительных поисков был определен безоговорочный победитель. Алое оперение пронзившей шишку стрелы говорило лучше любых слов. Сьюзен не стала демонстрировать свою радость, ибо не хотела выводить Рабадаша из себя. Ее целью было лишь показать, что с ней следует считаться, как и с братьями. Что есть стрельба? Только символ, намек, которые так любят в высшем свете… Сработал он или нет, девочка не знала, но с тех пор царевич не сводил с нее глаз. И это не особо волновало королеву Нарнии. Она предпочитала проводить время с Арханной или высокопоставленными лицами Орландии, ибо срок, отведенный для ее поездки, подходил к концу.
