Младший король послал Сьюзен письмо с просьбой немедленно вернуться в Нарнию. Сейчас им как никогда было необходимо находиться в одном месте, действовать как единое целое, ибо поодиночке они не так сильны. Братья и младшая сестра старались держаться вместе – Люси не покидала мистера Тумнуса, Питер ночевал в своих же покоях, а Эдмунд перебрался в соседние, но постоянно зависал у родных. Так им было спокойнее… А когда приедет Сьюзен, семья окончательно воссоединится. Старшей королевы и ее логики, трезвого, практичного взгляда не хватало в сложившейся ситуации, когда гнев Питера разгорался все жарче, Эдмунд со все большим остервенением искал виновных, а Люси прижималась к братьям, ничего не говоря. Все, что пока могла сделать Сьюзен, - это прислать ответ, в котором содержалось ее мнение насчет Тархистана и того, способен ли Тисрок устранить соперника столь подлым образом.
Несмотря на заметно подрагивающую руку, которой сестра писала письмо, его содержимое было на редкость лаконичным. Со свойственной ей логичностью и рассудительностью Сьюзен разложила имеющуюся у нее информацию по полочкам. Конечно, это может быть Тархистан, но зачем это делать в данный момент? Из-за резкого отказа Питера? Он отказывал им в поблажках и прежде, однако таких мер Тисрок не предпринимал. Да и подозрения падают сразу на них, это ясно каждому, как и то, что Нарния не станет после этого молчать. Начнется война – а смысл Тархистану ее развязывать, когда Нарния как раз набралась мощи? Будь у них таковое намерение, покушение произошло бы куда раньше, пока страна Аслана слаба. Таково было мнение Сьюзен Великодушной, спешащей обратно в Кэр-Параваль, и Эдмунд с Питером не могли не признать правоту сестры. Первый приходящий на ум вариант был слишком очевидным, чтобы оказаться верным.
Но какие еще у Нарнии были враги, чтобы желать Верховному королю смерти? Эттинсмур? Великаны долго не заявляли о себе, но и не настолько умны и коварны… Питер ломал голову, размышляя, кто это может быть, а Эдмунд тем временем муштровал стражу. Никто. Никогда. Больше не посмеет. Даже помыслить о том, чтобы причинить Верховному королю вред! Если Питер – десница Аслана, то Эдмунд станет десницей государя. Он сделает все, чтобы исключить новые случаи, и его внимательность и бдительность никогда не ослабнут.
Так что около недели Кэр-Параваль окутывало томительное ожидание вкупе с нервным напряжением. День, когда целители заявили, что выяснили что-то важное, запомнился всем, словно наступило долгожданное пробуждение, и туман неопределенности наконец развеялся, как дым, а на место его пришел праведный гнев.
- Это не травяной сбор и не ядовитые ископаемые с гор, - сказали целители. – У яда этой совсем иная природа. Колдовская.
Братья переглянулись. Эдмунда передернуло: хоть Кара и заставила его пошатнуться в своих убеждениях, что колдовство – это сплошное зло, упоминание о магии все равно ему не нравилось. Да и сейчас оно несло с собой беду.
- Его невозможно почувствовать на вкус и запах. Он точно талая вода, незаметный и прозрачный, и лишь бальзам королевы Люси одолел его страшную силу, как уже сделал это однажды…
- Давай уже к делу, чего тянуть! – прикрикнул на целителя Эдмунд. Питер с осуждением покосился на брата, у которого уже не хватало терпения на долгие вступления. Лекарь склонил голову и произнес:
- Этот яд обладает ледяной магией, сравнимой лишь с соком огнецвета, и есть все основания полагать, что то – растаявшие осколки жезла Белой Колдуньи.
Ох, как неприятно в боку закололо при упоминании об этом жутком оружии Джадис! Младший король даже поморщился, вспомнив об ощущениях, подаренных им в битве на Беруне. И впрямь, это был поистине проклятый жезл – обращал живых существ в камень, даже сломанный, разил наповал, а после сражения исчез с поля боя. Сколько ни искали его нарнийцы, не нашли – кто-то из последователей Колдуньи унес обломки с собою, как и осколки, на которые разлетелся ледяной кристалл на его конце. Выходит, пропали они не зря… И то, сыграли роль в коварном спектакле. Кто же распределял роли, стало сразу ясно.
- Значит, это твари Джадис. Ее прислужники! – Питер ударил кулаком по столу, тяжело дыша. Он пришел к тому же выводу на миг раньше. Верховному королю было не о чем вспоминать, его жезл не ранил. Государь заскрипел зубами. Вот кто стоял за всем этим! Видимо, враги осознали, что дела их плохи, раз заперлись в неприступном ледяном замке. Более того, они перешли к другим способам вернуть себе Нарнию – раз не удавалось сломить новую власть в бою, то столь подлым и темным созданиям не противны и такие методы… – Необходимо как можно скорее расправиться с ними!
- Но, Ваше Величество, зима… – возразил неуверенно Ореиус, что молча слушал доклад целителей. Те, поклонившись, удалились, чтобы не мешать.
- Неизвестно, на что еще они пойдут до наступления весны, - перебил его Эдмунд. – Выискивать лазейки в обороне проще, чем их закрывать. Мы не можем предусмотреть все, а рисковать еще раз – слишком опасно.
