— У нас есть время только на один дубль. Постарайтесь, ребята! Надо, чтобы все получилось. Начнем, черт возьми! Все засуетились, приготовились. Джок стал позади Джо, посмотрел в видоискатель и крикнул:
— Мотор!
Карр шагнул к мустангу, взглянул на него, потом на веревку, взял ее и щелкнул ею о землю, подняв облако пыли, отчего композиция кадра стала более интересной. Испуганное животное поднялось на задние ноги, продемонстрировав великолепные мышцы. Сейчас оно напоминало статую коня, стоящую на римской площади. Из-за копыт мустанга появилось загорелое, напряженное лицо Карра; в его глазах горели жажда борьбы, стремление к победе. Человек вступал в единоборство с животным и не собирался сдаваться. Когда конь начал опускаться, он задел копытом плечо Карра! Не ударил его со всего размаха, но оставил длинную ссадину, из которой тотчас пошла кровь.
Все, кроме Карра, ахнули. Джоку, Джо, Дейзи, Мэннингу, всем присутствовавшим здесь этот момент показался критическим, роковым, способным погубить картину. Карр доиграл сцену до конца и лишь после этого бросил веревку. Люди поспешили к нему со всех сторон. Первым возле Карра оказались Джок и Мэннинг. Джок говорил, Мэннинг снимал. Это была кровь, настоящая кровь. Человек оказался на волосок от гибели.
— Прес! Прес!
— Налейте мне виски, — тихим, хриплым голосом попросил Карр.
Джок отдал распоряжение человеку, стоявшему возле него. Появился молодой врач. Он дал Финли подержать его чемоданчик. Достав спирт и тампоны, врач стер кровь, которая уже не текла, а сочилась из широкой неровной ссадины. Обрабатывая плечо Карра, доктор измерял пульс актера, уверял его, что серьезных повреждений нет.
Принесли виски. Карр взял бокал свободной рукой, сделал один большой глоток, потом второй, поменьше. Отдал бокал, произнес: «Добавьте льда». Доктор предложил Карру вернуться в палатку и прилечь. Джок приказал подогнать джип. Но Карр зашагал пешком; Дейзи шла рядом с ним.
Когда Джок спросил доктора, каков его прогноз, тот ответил:
— Если рана будет оставаться чистой, ссадина подсохнет и через несколько дней исчезнет. Какое-то время кожа будет иметь другой цвет.
Но Джок уже решил, что для всех следующих дублей гример будет рисовать кровь на бицепсе Карра. Рана, полученная во время этой съемки, должна кровоточить на протяжении всего эпизода. К тому же пятно крови прекрасно смотрелось на загорелой коже и мощных мускулах. Джок радовался тому, что снимал Карра без рубашки.
Когда Джок протянул доктору чемоданчик, тот не стал брать его и произнес:
— Я должен поговорить с вами.
Они отошли вдвоем от съемочной группы, которая заканчивала дневную работу.
— Я не беспокоюсь по поводу этой царапины, — сказал врач. — Следите затем, чтобы грим был чистым, и все заживет через три-четыре дня. Но…
Он повернулся лицом к месту съемки, чтобы убедиться, что никто не услышит его слов.
— Но на вашем месте я бы побеспокоился о другом. Когда я оказывал помощь Карру, я мог сделать так… — он положил руку на бицепс Джока и сжал его. — Вместо этого…
Он взял Джока за запястье и вытянул руку, одновременно проведя пальцами по бицепсу режиссера, как бы протирая его тампоном.
— Я хотел проверить его пульс. Не перетруждайте этого человека.
— После такого потрясения его пульс был обязан участиться, — сказал Джок.
— Не давите на Карра. Не заставляйте меня говорить больше, чем я сказал. Я не хочу подводить кинокомпанию. В конце концов они мне платят.
Доктор взял у Джока чемоданчик и зашагал к лагерю. Финли пнул ногой землю, подумал с мгновение, затем пересек место съемки, где люди граблями разравнивали почву, уничтожая следы копыт, ног, шин. Ассистент Джока ждал распоряжений на завтрашний день. Но Джок лишь сказал:
— Найдите Джо Голденберга.
Почти через час Джо открыл дверь трейлера, в котором жил Джок. Оператор курил трубку.
— Выпьете?
— Нет, спасибо.
Это означало, что Джо уже выпил свои два предобеденных бокала с Престоном Карром.
— Как он?
— Все в порядке.
Джо ответил таким тоном, словно он сам ждал информации от Джока.
— Он что-нибудь сказал?
— Только то, что сам подошел слишком близко.
— Ему больно? Он раздражен?
Джо отрицательно покачал головой.
— Это хорошо! — громко произнес Финли.
Он встал и принялся ходить взад-вперед. Заговорив, Джок смотрел в глаза Джо лишь тогда, когда хотел что-то подчеркнуть или оценить реакцию оператора.
— Карр меня тревожит, — сказал Джок. — Я надеялся, что он будет более осторожным. У него есть чувство дистанции, он знает животных. Он не имел права подходить к мустангу так близко. Я понимаю, что он сделал это ради фильма. Или…
Джок взглянул на оператора.
— Он хотел что-то доказать. Себе. Или ей. Или всему миру. Если это так, то мы должны защитить его от самого себя. Конечно, незаметно. Спланировать работу так, чтобы он не переутомлялся. Мне понадобится ваша помощь. Что нам следует снимать завтра — реакции Дейзи и Бойда или сцену Карра с третьим ракурсом?
— Лучше всего, — сказал Джо, — закончить сцену Карра. Потом можно будет не спеша снять реакции Дейзи и Бойда. Кровь, выступившая на плече Карра, должна их усилить.
