– Тихо, не выдавайте нас! – взмолился Ларт, убеждая себя, будто рядовые подданные все еще верны ему. Конечно-конечно, вся эта несправедливость – лишь подлый заговор Теллы и группки ее приспешников. Так считал король. Но Рехи не ожидал никакой поддержки, уж точно не от истощенной женщины и не от покрытого язвами ослабленного мужчины. Вероятно, оба уже давно не могли сражаться, потому голодали практически всегда. Ларт же раньше не замечал никого, кроме своего отряда лучших воинов.
– Вон они! Вот! – тут же вскричали двое. Рехи только криво ухмыльнулся – его догадки очень быстро подтвердились. Вся эта братия действовала так, как предполагал исчервленный жестокостью разум. Но от того рука лишь легче опустилась на шеи проклятых предателей. И в тот миг обдало приятным вкусом убийства, смеси торжества и отвращения.
– Дадим бой! Даже если это наш последний бой! Но мы умрем с оружием в руках! – увещевал тринадцать своих подданных Ларт, когда сбегавшиеся караулы вытеснили небольшой отряд на площадь. Там уже разделывали тушу Ветра. Кажется, Ларт намеревался пасть рядом со своим ящером. Но в планы Рехи это не входило.
Клинки, костяные и стальные, скрестившись, звенели и стучали. Ножи и сети шли в ход, чтобы подрубить ноги, сбить с толку. Каждый из отряда всадников стоил двоих из пехоты. Но той было, наверное, на «пять рук» больше, чем бывших всадников.
– Вам не победить! – донесся откуда-то издалека истошный визг Теллы. Сама она в драку не лезла – не умела, не хотела. Действовала иным оружием, и Рехи ее откровенно презирал.
Он сражался вместе со всеми, но ощущал, как душно смыкается кольцо, как земля под ногами гудит. От битвы ли? Что-то происходило помимо этой кровожадной возни. Что-то более древнее, чем все темные порывы полукровок и людей, более страшное. Но в пылу нового сражения никто это не чувствовал. Рехи переступал с места на место, следуя тенью за Лартом, прикрывая его спину. Когда это он так привык, когда настолько прирос к своему предводителю, своему Ларту? И почему «своему»? Рехи не понимал, он просто наносил удар за ударом.
Только теснили их куда стремительнее и увереннее, чем в гуще битвы с людьми. Шансов не оставалось. Вот пал один из отряда, вот по левую руку высоко насадили на пики второго. Рехи выхватывал из сцеплявшегося кольца одну смерть за другой. И в какой-то момент не выдержал… Вывести! Спасти или сожрать – это не так уж важно. Надо просто вывести Ларта из этого хаоса.
Не помня себя, он кинулся с мечом, прорубая дорогу вперед. Какое-то время Ларт помогал ему, считая, что они идут к победе, но они всего лишь выбрались к скалистой стене, прижались к одному из шатров. А потом Рехи схватил предводителя за запястье и дернул за собой.
– Постой, там же мои люди! – воскликнул Ларт, совершенно сбитый с толку. Но противопоставить уже ничего не мог: кто-то выбил у него меч. Бойня продолжалась за его спиной. «Надо было раньше выводить их!» – зло подумал Рехи, но сказать это вслух не было сил. Только хриплое дыхание срывалось рваными клоками с рассеченных губ.
– Эй! Куда ты ведешь меня! Я должен остаться! Эй! – истошно восклицал Ларт, а на площади возле массивного тела Ветра уверенно истребляли остатки некогда славного отряда. – Надо вернуться! Я их командир!
Но Рехи ничего не слышал, он сцепил мертвой хваткой пальцы на запястье Ларта и тащил его за собой. Мотив? Желание спасти? Преданность? Или только безумно пьянящий аромат крови предводителя? Рехи не задумывался, он просто пропихнул Ларта через лаз в заборе, а затем радостно вдохнул воздух свободы. Ноги ступили на песок и сами понесли вперед.
– Надо вернуться! – твердил Ларт, пока Рехи продолжал вести его за собой. – Мы же дали слово!
Рехи только молча сопел и тащил бывшего слабеющего предводителя за собой, не замечая пыли, которая поднималась вокруг. Ларт старательно упирался пятками, падал на колени, вырывал руку, даже лягался. Но Рехи оставался твердым. Он покинул проклятую деревню и больше ни за что не собирался возвращаться. К тому же за ее пределами исчез противный запах серы. Да и земля вроде бы меньше гудела. Но все это воспринималось слабо и отрешенно. Осталось крайне мало важных вещей: красный маячок Разрушенной Цитадели моргал на горизонте, а Ларт с его ароматом крови брел рядом. Снова окутывала пустыня с ее вечным голодом, который оказался менее скверным, чем всеразрушающий голод предательства.
– Это все из-за тебя! – наконец прорычал Ларт, вырываясь. Он ударил Рехи в нос. Тяжелый кулак свернул набок ноздри и отрезвил. Рехи подскочил, выплюнув собственную кровь. Что-то отвратительно хрустнуло, когда он привычным движением возвращал на место переносицу. Прошивающая насквозь боль вернула гнев. Нет, Ларт не изменял себе, оставался несносным предводителем. Только помыкать собой житель пустыни уже не позволял.
– Я предупреждал! Я просил отпустить меня! – прорычал Рехи, а потом истошно воскликнул: – Да, из-за меня! Все из-за меня и черных линий.
