– Правда? – сказала Хейзел с улыбкой.
– Хейзел много чего помнит о своем детстве, – пробормотал Бенедикт.
– Я рада, – отозвалась Вера и внимательно посмотрела на него, хотя он произнес эту фразу бесстрастно. – Или здесь нечему радоваться?
– Дело в том… – начал Бенедикт, но Хейзел его перебила.
– Просто я рассказала Бенедикту о том, как вы с папой одевались дома.
– Вернее, как мы раздевались, – уточнил Крейг.
– Я знаю, вы пытались казаться современными, но можно я скажу откровенно? Мне это никогда не нравилось. И я рада, что подобное поведение выходит из моды. Кстати, пару дней назад Бенедикту пришлось постучаться в дверь к одной семье и попросить надеть что-нибудь на маленького сына, который играл в саду перед домом.
– И они не очень по-христиански на это отреагировали, – добавил Бенедикт.
Вера поставила бокал на стол, так и не сделав глоток.
– А что еще тебе не нравилось в твоем детстве, Хейзел? Говори уж все.
– Мамочка, я не хотела тебя обидеть. Я бы промолчала, если бы знала, что ты так воспримешь мои слова.
– Нет, прошу тебя, – сказала Вера и поспешно одернула руку, к которой тянулась Хейзел. – Я бы хотела услышать все.
– Кое-какие мелочи. Я знаю, что вы не ограничивали мои религиозные занятия в школе, но у меня было ощущение, будто папа был против. И мне очень хотелось ходить в воскресную школу, но я думала, что, если попрошу вас об этом, вы решите, что вас мне недостаточно. Но это не так. Надеюсь, вы понимаете.
– То есть ты додумала нашу реакцию, даже не спросив?
– Ох, мамочка, – воскликнула Хейзел, и звук ее голоса эхом отозвался в пустом ресторане и привлек внимание официанта, выглянувшего из дверей кухни. – Скажи, что ты не обиделась. Я всегда боялась, что до этого дойдет.
– Просто ты меня удивила, вот и все, – сказала Вера, сдерживая слезы.
Бенедикт прочистил горло:
– Мне пора на работу, – сказал он Крейгу, дожевывая свой ужин.
– Я пойду с тобой. Подхватишь меня после того, как заберешь фургон от дома?
– Как хотите, – произнес Бенедикт тоном, намекающим, что лучше бы предоставить женщинам возможность самим разобраться в ситуации.
Звук его шагов затих. Даже его походка казалась чопорной. Крейг попробовал вмешаться:
– Знаю, ты не хотела обидеть маму, Хейзел. Мы оба понимаем, что у тебя своя жизнь и у нас нет права вмешиваться и настаивать на том, чтобы ты делала то, что мы хотим. Но ты могла бы оставить нам наши иллюзии.
Хейзел взяла его и Веру за руки.
– Вы двое – самые дорогие для меня люди. Я говорю все это только потому, что беспокоюсь о вас.
– Не нужно, – сказал Крейг. – Если Бог существует, то он не может винить нас в том, что создал нас неспособными верить в него.
Обе женщины укоризненно посмотрели на него, и он втайне обрадовался, что Бенедикт уже вернулся.
Как только они оказались в фургоне, нагруженном инструментами и досками, Крейг спросил:
– Так о чем ты хотел со мной поговорить?
Бенедикт повернул ключ зажигания, и мотор заурчал.
– Думал, тебе будет интересно посмотреть, как я работаю с клиентами. Надеюсь, ты согласишься, что моя фирма заслуживает успеха.
– Хочешь сказать, дела идут не так хорошо, как тебе хотелось бы? – уточнил Крейг, когда машина тронулась с места.
– Могли бы идти лучше. Так и было бы, если бы я не остался с этими сигнализациями вместо оплаты, когда фирма обанкротилась. Нужно только немного оживить бизнес, купить новый фургон, вложиться в рекламу, может, нанять кого-нибудь, чтобы выполнял работу, которая у меня не очень хорошо получается. Я произвел приблизительные расчеты. Сумма вполне подъемная.
– Надеюсь, твой банковский менеджер с тобой согласен.
– Если честно, он меня не поддержал. Мы задолжали банку кое-какие деньги, к сожалению.
Он притормозил в конце улицы.
– Что ты тогда предлагаешь? – спросил Крейг.
– Я подумал, может вы с Верой сможете помочь.
– Возможно, сможем. Сколько тебе нужно?
– Трех тысяч хватит на то, чтобы поставить бизнес на ноги. И сумма в два раза больше позволит расплатиться с банком. Я говорю о краткосрочном займе, вы же понимаете. Уверен, что мы вернем большую часть, если не все деньги, к концу года.
– Ничего не могу обещать, пока не поговорю с Верой. Но на твоем месте я бы не питал особых надежд, – сказал Крейг, выбираясь из фургона.
Владельцы книжного магазина, похоже, уже собирались идти спать.
– Это мой тесть, – сказал Бенедикт, что их не особо обрадовало.
Они провели мужчин в книжный магазин, и Бенедикт открыл пульт управления сигнализацией.
– Я так и думал, вы нажали не на ту кнопку, – сказал он и нарочито терпеливо продемонстрировал порядок действий.
Перед выходом из магазина он остановился у шкафа с книгами.
– О, вы его починили? Я бы сам это сделал, – раздраженно сказал он.
– Бизнес есть бизнес, – произнес Бенедикт, когда включил двигатель, – но мне бы хотелось, чтобы я мог себе позволить выбирать клиентов. Видел, что они поставили на место алтаря? Стол с книгами о сверхъестественном. Хотя для тебя, наверное, нет никакой разницы.
Крейг пробормотал что-то в ответ, и они подъехали к отелю. Женщины уже ушли.
