(Посреди монолога Влад вдруг сообразил, что не запомнил имен полицейских – они еще в дверях представились по всей форме, но в своем оглушенном состоянии он эту информацию не зафиксировал.)
Усатый слушал молча, иногда поощрительно кивая; Влад решил, что это хороший знак. Старлей, правда, как-то подозрительно похмыкивал, но он тут явно никаких решений не принимал – сконцентрироваться нужно было на старшем по званию.
Когда Влад сказал всё, что хотел сказать, и многое из того, чего говорить не собирался, он пошел на второй круг – умолкать было страшно. Так было ощущение, что он контролирует ситуацию и вот-вот из нее выпутается.
– Уважаемый, – прервал старлей.
Владлен осекся на полуслове.
– Уважаемый, взятка должностному лицу при исполнении – уголовно наказуемое деяние.
Это полицейское кокетство Влад неплохо знал по случаям, когда у него проверяли регистрацию (срок которой давно истек, а идти стоять в очередях с гастерами в учреждение-аббревиатуру в жопе мира очень не хотелось). Деяние было уголовно наказуемым с обеих, так сказать, сторон, но это не мешало ментам регулярно складывать купюры во внутренние карманы.
Он начал было оправдываться, но теперь к беседе подключился усатый.
– Ну что ж ты, Николай Ильич, на молодого человека накинулся. Сразу «деяние» да «уголовка»!.. Мы же не архаровцы с тобой какие-то, не оборотни в погонах…
Влад сообразил, что диалоги такого рода у его ночных гостей давно расписаны по ролям и отработаны месяцами, если не годами, парных выступлений. В подтверждение этой мысли старлей Николай Ильич гладко подхватил:
– Виноват, товарищ майор. Уважаемый, собираемся, проедем на освидетельствование. Эксперты разберутся.
Вот это был уже очень, очень плохой поворот событий – дудка даже в крохотных количествах определялась в моче на счет раз-два, и грозило это самыми неприятными последствиями.
– А может, ну, как-то без освидетельствования? – последнее слово далось Владу с трудом; он несколько раз сбивался и начинал говорить его с начала.
– Может, и без него, – легко согласился усатый. – Но тут, Владлен Михалыч, ситуация такая. Экспертиза экспертизой, но мы не можем исключать, что ты не только сам употребляешь, но и хранишь. А то и, так сказать, торгуешь. Николай Ильич, как там они это называют?
– Закладки, – донеслось от дверей.
Усатый театрально нахмурился и покачал головой.
– Закладки… Чего только не придумают, да? Закладки в книжках должны быть, а не с этим… зельем.
Влад стоял столбом посреди кухни и не знал, что сказать и куда деть руки, – не придумал ничего лучшего, чем опустить их по швам, как по стойке «смирно». В висках оглушительно стучало.
– Но в любом случае попал ты, Владлен Михалыч, как хуй в рукомойник, – неожиданное ругательство получилось у майора естественно, гладко. – По наркоманам усиление сейчас, МВД разнарядку спустило. Так что если бы и хотели мы с тобой полюбовно расстаться, то не получится. Да и Николай Ильич у нас в старлеях засиделся, не дают капитанское никак, веришь, нет?
– Скоро дадут, – буркнул Николай Ильич.
– Конечно, дадут! Куда они денутся! Смотри, какого оприходовали. Нам сейчас с тобой Владлен Михалыч покажет, где вещества прячет, потом поставщиков своих сдаст, потом покупателей. Тут, гляди, не только звание – еще к премии представят. А то и к государственной награде!
Усатый хлопнул себя по обтянутым форменными брюками ляжкам и раздельно, как Санта-Клаус в рекламе кока-колы, засмеялся: «Хо! Хо! Хо!».
Понимание того, что́ нужно делать дальше, пришло к Владу уже полностью сформированным.
Он вздохнул и обмяк.
– Скажите, а чистосердечное насколько срок снизит?
– Оп-па! – подхватился усатый. – Это правильно! Снизит, снизит! Ощутимо! Может, вообще условку дадут. Мы с Николаем Ильичом зафиксируем, так сказать, факт в протоколе! Да, Николай Ильич?
Засидевшийся в старлеях Николай Ильич так издевательски хмыкнул, что Влад понял: признание в лучшем случае ни на что не повлияет, а, скорее всего, сделает гораздо хуже.
Но это сейчас не имело никакого значения.
На Влада словно разом обрушился весь груз последних недель: от проигранного тендера до океана пауков, от конфликта с риэлторшей до звезд в картонном небе, от потерянной работы до пьяной драки с Костиком… Он опустился на подоконник, чтобы не упасть – ноги больше не держали.
– Я, ну… Оступился просто. Денег не было, работы не было… Не знал, как дальше.
Полицейские молчали – и даже, кажется, затаили дыхание, чтобы не сбить его с мысли.
– Немного взял сначала, думал, быстро улетит, с долгами рассчитаюсь – и завяжу сразу с этим делом. А потом одного клиента менты… То есть, ну, вы… Не вы конкретно, а… Забрали, короче. Я, получается, в минусах. Пришлось еще брать, потому что уже в других, ну, долгах к тому времени был. Не знал, как из этого вылезти. Не могу больше, пусть хоть так всё закончится. Ни спать, ни есть не могу, когда дрянь эта дома.
– А где… – начал было нетерпеливый старлей.
Усатый сделал ему страшные глаза, но именно этого вопроса Влад и ждал. Он вяло махнул рукой в сторону коридора.
