– Договорились?
Влад кивнул – что ему еще оставалось делать.
– У тебя Костян дома был?
Влад когда-то давно смотрел сериал про специалиста по вранью – помнил он оттуда немного, но главное в памяти отложилось: лгать надо быстро, не задумываясь и не отводя глаза. Так, вроде бы, можно было обмануть даже полиграф!
– Нет, – Влад не удержался и для убедительности отрицательно мотнул головой.
Полиграф, может быть, перехитрить было и можно, а ночного гостя – не получилось.
Всё, что произошло дальше, заняло не больше нескольких секунд.
Бритоголовый молча поднял глаза на кавказца, стоявшего за спиной Владлена.
Тот схватил Влада за запястье, припечатал его ладонь к доске для нарезки овощей и двумя сильными движениями отрезал ему мизинец.
Аккуратно положил нож «Ka-BAR» на стол подальше от хлынувшей из раны крови.
Плотно закрыл Владу рот ладонью.
Смахнул отрезанный палец на пол.
Пока креативный директор захлебывался молчаливым криком, бритоголовый полез во внутренний карман дубленки, покопался там и бросил на стол скомканный желтый квадратик Post-It, на котором рукой Влада был написан адрес квартиры на Мосфильмовской – в ночь после тендера, когда бухой Костик никак не мог запомнить, на какой адрес вызывать «Wheely».
– Ты понимашь, какое дело, – спокойно, даже дружелюбно сказал бритоголовый извивающемуся в железной хватке кавказца Владу. – Мне то копье, которое с вашей шараги могло обломиться, в принципе неважно – гемора с вами, пидорами, больше. Я, может, вообще бы дурака твоего директора попугал – и отпустил. Ну, как отпустил – торчал бы он мне, конечно, по гроб жизни, но…
Он пощелкал пальцами – словно подбирая слова.
– Короче, если каждая курица от меня прятаться будет, меня мои же уважать перестанут, да, Ваха?
Кавказец, к которому очевидно был обращен вопрос, никак не отреагировал – хотя ему явно и не требовалось.
– Курица должна меня слушаться и делать, как я сказал. Яички нести по расписанию и не пиздеть особо, пока в суп не попала.
Влад, отошедший от болевого шока, замычал.
Бритоголовый поощрительно кивнул.
– У меня… есть деньги, – выдавил креативный директор сквозь чужую ладонь.
– Поздравляю, – вскинул брови бритоголовый, имени которого Влад так и не узнал (
Влад потерял дар речи. Он понимал, что даже теоретического выхода из ситуации – не существует: неправду он уже один раз сказал, а правде никто не поверит – если только…
Он кивнул – насколько позволила кавказская хватка.
Ваха посмотрел на бритоголового, дождался утвердительного взгляда и убрал руку.
– Он там, в хозяйской комнате заперся. Месяц у меня живет уже, не выходит – поссать только. Боится.
– Правильно боится, – одобрительно сказал бритоголовый и, не оборачиваясь, обратился к пухлому подельнику, торчавшему в коридоре. – Иди глянь там.
Влад затаил дыхание.
По прихожей заухали грузные шаги.
Пухлый подергал ручку.
Дверь запретной комнаты казалась вмурованной в стену.
– Слышишь, сам выходи, – донеслось из коридора. – Хуже будет.
Тишина.
Бритоголовый обернулся и рыкнул:
– Заебал, ломай дверь нахуй, че ты как этот, волк в «Трех поросятах».
Ваха хмыкнул.
Из прихожей раздались гулкие удары – пухлый всей своей немалой массой колотился в запретную дверь.
Влад затаил дыхание.
Входная дверь, которую всё это время подпирал третий бандит, вдруг приоткрылась – точнее, сделала попытку приоткрыться, но уперлась в обтянутую кожаной курткой спину третьего бандита. Замка в двери больше не было: ночные гости его вскрыли.
Влад не мог даже предположить, что когда-нибудь будет так рад видеть зловредную соседку Октябрину Алексеевну.
В прошлой, агентской жизни Влад смотрел очень много сериалов – иногда даже прямо в офисе, когда нехитрые дела креативного директора «Мульти-Пульти» были уже сделаны, а уходить домой было вроде как рано. Он отворачивал ноутбук так, чтобы никому не было видно экран, вдевал в уши AirPods, делал сложное лицо и даже иногда постукивал по клавишам, как будто работал над презентацией.
Как это часто случается, в определенный момент Владлен решил, что прекрасно разбирается в сериальной драматургии: он почти всегда предугадывал сюжетные ходы и мысленно (чтобы не спалил Костик) морщился, когда сериал не мог ничем его удивить. Поэтому появление бабки его обрадовало, но не сильно впечатлило: на подсознательном уровне Владлен знал, что в последний момент ему как-нибудь удастся спастись. (Это тоже было следствием обильного просмотра сериалов и называлось «синдром главного героя» – хотя вот этого Владлен уже как раз не знал.)
Но в жизни всё пошло совсем не так, как в продукции «Netflix».
Октябрина Алексеевна просунулась в дверной проем и встретилась взглядом с квартиросъемщиком – тот сидел за кухонным столом в окружении жуткого вида мужчин и нянчил окровавленную кисть руки.
Глаза бабки расширились.
– А где милиция?! – спросила она.
Всё, подумал Владлен. Он спасен. Не будут же они убивать случайную старуху, заставшую их за злодейством.
