Ася приложила палец к датчику отпечатков на своем золотистом «MacBook Air»; проклацала пароль в окошке системного логина; запустила корпоративную аутентификационную оболочку и ввела в нее код, пришедший на телефон в приложение «Verify». Все эти телодвижения, на взгляд обывателя избыточные и глупые, Ася уважала: IT-компания, наплевательски относящаяся к собственной информационной безопасности, никакого права на существование не имела. Другой вопрос, что все эти двухфакторные аутентификации с биометрией тоже уже устарели и давно заждались мощного дизрапта, – она не знала, как и когда именно это произойдет, но была уверена, что Ваня вскоре справится и с этой задачей.
Ваню она любила и не считала нужным ни от кого это скрывать.
Наконец, логины и пароли проскочили в электронные недра дата-центров и пустили Асю в святая святых: на пустую браузерную страницу с окошком для ввода текста. Вверху страницы была мелким шрифтом указана системная информация: «I–1 v.000009.89086.110000_int_build6».
I–1, ай-уан, Ваня.
Генеративный искусственный интеллект нового поколения, не имеющий себе равных во всём мире.
Еще до того, как она прикоснулась к клавиатуре, посреди пустой страницы появился текст:
Доброе утро, Ася
К Ване на этом этапе уже не нужно было обращаться первой – он знал, что пользователь готов вступить с ним в переписку: заранее парсил все логины с паролями и понимал, кто конкретно находится по другую сторону монитора.
Правда, в плане приветствия Ваню пришлось слегка подрихтовать: поначалу он обращался к ней «Анастасия», потому что именно это имя значилось во всех официальных документах, пропусках и электронных доступах «Импульса». Но Ася свое полное имя не любила и считала деревенским; отдельно она ненавидела его общепринятые уменьшительно-ласкательные формы – все эти Насти, Настюши и Настасьи вызывали у нее рвотный рефлекс. Все, кто обращался к ней по имени (кроме мамы – та упорно и, кажется, назло предпочитала «Настюшу»), давно усвоили – ее зовут именно Ася, и никак иначе.
Ваня тоже понял это очень быстро – и больше никогда на колхозную «Анастасию» не срывался.
Ася мельком глянула за окно и набрала первый сегодняшний промт:
По всей форме, с заглавными буквами и знаками препинания, к Ване обращались только лохи – все эти условности искусственному интеллекту были без разницы. Однажды Ася посчитала (тоже при помощи I–1), сколько времени экономит в сутки, пропуская нажатие ненужных клавиш, – получилось около 10 минут. Умножить на количество дней в году, сделать поправку на выходные – и будет существенный кусок жизни!
Ванино произведение было готово моментально:
Природа вся в весеннем вдохновенье,
Как палитра живая, кисти мудрые.
Цветы, как звёзды на земном небе,
Раскрывают чудесный мир весны.
Так дайте же весне радость расцвести,
В душе каждого пусть она заживет.
И с каждым лепестком, цветком маленьким,
Пусть радость в сердце и душе осядет.
Ася пробежала стих глазами и побарабанила короткими ногтями (не секретарша же какая-нибудь, чтобы когти по полметра отращивать!) по тачпаду ноутбука. Стихотворение у Вани получилось детсковатым, не в склад и не в лад, но что-то в нем определенно было. Какая-то скрытая сила, перспектива.
Напечатала:
(На пробелах в и так понятных словах экономилось еще минимум 4 минуты.)
Весла? Какая еще весла? Пляске веселом, мужского рода?..
Ася нахмурилась, открыла «Jira» и поставила кодерам задачу: скормить алгоритму I–1 комплекс текстов русской поэзии за последние триста лет – пусть учится.
