Вообще-то у меня нет времени на беллетристику, но в глазах нового знакомого мне не хотелось выглядеть девушкой, которая не интересуется ничем, кроме работы.
– О да! – с готовностью ответила я.
– Я тоже слежу за литературными новинками, – обрадовался Гаврюша. – Люблю мемуары. Не так давно мне в руки попался том «Десять подлых адвокатов».
– Впечатляющее название, – хихикнула я и зевнула.
Гаврюша начал рассказывать о книге, а я боролась с накатывающим сном и перестала слушать, что говорит врач. В конце концов, поняв, что сейчас просто лягу на пол и захраплю, я остановила Гаврюшу:
– Спасибо, непременно почитаю это произведение.
– Его уже нет в продаже, привезу тебе томик, – пообещал собеседник.
– Да, да, да, буду очень тебе благодарна, – пробормотала я, снова зевнула и попыталась юркнуть в свою квартиру. Но…
– Степа! – окликнул меня Гаврюша. – Могу подсказать адрес Мамаевой. Один приятель из МВД, которого я просил узнать, где она теперь живет, только что мне его сообщил.
– Спасибо, я уже съездила к ней, – ответила я и наконец-то улизнула в свои апартаменты.
Дома я быстро приняла душ, упала в кровать, хотела полистать журнал и тут услышала звук прилетевшей эсэмэски. Я посмотрела на экран и встревожилась – сообщение пришло от Нади, заведующей складом. У Строевой злой язык, под горячую руку она может высказать в лицо все, что о тебе думает, не стесняясь в выражениях, но за глаза никогда сплетничать не станет. И ей не придет в голову трезвонить мне за полночь, чтобы поболтать о ерунде – за все годы нашей совместной работы она ни разу не позвонила и не прислала мне никаких посланий после восьми вечера.
Я нажала на экран и увидела три слова: «Умер Роман Звягин». Я прочитала их несколько раз, прежде чем мозг осознал смысл. Умер Роман Звягин? Владелец фирмы «Бак»? Мой лучший друг? Человек, с которым связано все самое прекрасное, что со мной случилось в моей жизни? Мужчина, в которого я долгое время была безответно влюблена и которого сейчас люблю уже как друга? Умер Роман? Невозможно! Он молодой! Совсем здоровый!
Не так давно мы со Звягиным вместе со многими представителями фэшн-бизнеса участвовали в парижском марафоне. Так вот, я сошла с дистанции через пятнадцать минут и потом долго пила в ближайшем кафе воду под аккомпанемент восклицаний хозяина: «О, мадам, вы зеленая, как спаржа, которую нельзя резать в салат». Роман же добежал до конца дистанции, а потом долго смеялся надо мной, повторяя, что я мастер спорта по испиванию капучино.
Телефон зазвонил.
– Алло! – закричала я.
В ответ раздались рыдания.
– Степа! Роман… он…
– Это правда? – пролепетала я.
– Да-а-а-а… – простонала Надя.
Я попыталась не завыть в голос.
– Что случилось?
– Не знаю-ю-ю!
– Где он? В больнице? Авария?
– Он дома-а-а-а! Степа, я никогда не сплетничала о том, что ты спишь со Звягиным.
– Знаю, – тихо сказала я, – ты не из тех людей.
– Но все давно в курсе, что вы с Романом Глебовичем пара, – продолжала Надя. – У тебя же есть ключи от его апартаментов?
– Да, – ответила я, хорошо понимая, что этим признанием как бы подтверждаю глупые сплетни о моей связи со Звягиным.
Мы с Романом никогда не состояли в любовной связи. Не скрою, было время, когда я мечтала об этом, но оно прошло. Мы просто очень близкие друзья, и запасные ключи от наших квартир хранятся у нас обоих дома. То есть Роман при необходимости может открыть «норку» Козловой, а я войти к Звягину в его отсутствие.
– Надо туда поехать, – плакала Надя, – нельзя, чтобы он… там… лежал.
– Ты права, – прошептала я, – но мне страшно одной ехать.
– Мы с Катей, Аней и Витей прикатим, – всхлипнула Надя.
Я натянула джинсы и кинулась к машине.
Дверь в пентхаус Романа открылась бесшумно, в нос мне ударил хорошо знакомый женский аромат «Лунная ночь» от «Бака». В просторном холле над зеркалом горела крошечная лампочка.
– Господи… – прошептала за спиной Надя.
Послышался тихий шепот – воцерковленная Аня читала молитву.
– Где он? – прошелестела Катя. – Степа, ты же хорошо в апартаментах ориентируешься?
– Да, – еле слышно ответила я, – внизу столовая, гостиная, комнаты для приятелей, бильярдная, баня, всякие кладовки, три санузла. Хозяйская часть наверху. Думаю, Роман там. Лестница за поворотом коридора.
На цыпочках мы поднялись по мраморным ступенькам, прошли по широкому коридору до спальни хозяина и вошли туда. Люстры не были включены, но дверь в ванную оказалась чуть приоткрыта, там горел свет, и поэтому в самой комнате царил полумрак.
– Степа, посмотри, он в кровати? – чуть слышно попросила Аня.
Я собрала в кулак все свое мужество, на полусогнутых ногах приблизилась к постели…
– Да, – прошептал Витя, муж Ани, подходя ко мне. – Тут.
Я кивнула.
– Боже! – прошелестел чей-то голос. – Надо вызвать «Скорую».
– Она не поможет, – откликнулась Аня, – нужно обратиться в полицию. Но прежде надо душу Романа Глебовича упокоить. Степа, иди к нам.
Я вернулась к группе сотрудников склада. Аня сунула мне в руки тонкую, пахнущую медом свечку, на которой белела бумажная юбочка.
