Она испустила прерывистый, болезненный вздох и одновременно прицепилась к тени одного из чудовищ, нырнула в нее и вылезла из противоположного конца тени, в нескольких футах от того места, где только что находилась. Захлебываясь собственной магией, Икка оглянулась и увидела, что ее Святой сцепился со Святым королевы. Мелькали руки, ноги. Безмозглая тварь. Ему ни за что было не справиться с «двойным» Святым, хотя тот, конечно,
Где-то в теле монстра королевы, которого придавил к земле противник, раздался нехороший треск. Побежденный обмяк, а потом Святой Икки… Он начал…
Поедать розы?
Получив удар ногой в грудь, Икка упала навзничь. Над ней, тяжело дыша, склонилась Кэресел. У нее была разбита губа, но из глаз текла магия, а в руке был зажат кинжал; его острие касалось горла Икки.
– Если я почувствую, как твоя мерзкая жалкая магия хотя бы шевельнется, Алиса, – Каро рассмеялась злобным, хриплым смехом, – я отрежу тебе голову.
Страх, родившийся где-то в желудке Икки, был вполне естественной вещью. Икка ей поверила. Щеки Каро пылали под синими струйками, ее голос был безумным и радостным, как будто происходящее забавляло ее.
Да, происходящее действительно забавляло Кэресел. Всего несколько лет назад они готовы были сжечь весь мир ради друг друга. И вот теперь… Каро готова была отрезать Икке голову, она наслаждалась бы каждым мгновением, фонтаном крови, скрежетом ножа о позвонки.
Но где-то рядом Хэтти негромко ахнула.
Каро подняла голову, но слегка надавила на нож, давая понять Икке, что держит ее под контролем. В этот момент она и заметила, что происходит. «Ой. Это же Святой Икки, я как раз подумала, куда он делся; действительно, он совсем рядом». И еще она заметила, что Святой не поедает ее заживо.
И заметила, что Хэтти – а кто же еще? – сдерживает его, но руки Хэтти не творили заклинания, и она выглядела такой же ошеломленной, как и Каро. По лицу королевы Каро догадалась, что у нее в голове промелькнула какая-то мысль. Редкостное событие, по лицу королевы никогда нельзя было догадаться о ее мыслях. А потом Святой… отодвинулся от Кэресел.
Он лег на землю лицом вниз, приминая брюхом траву. И остался лежать.
Каро отвела от него взгляд. Она знала, что Икка сделала то же самое, потом Хэтти; внимание трех ведьм было приковано к розам, растущим из груди Святого королевы. Несколько стеблей были голыми, цветки, каждый размером с яблоко, были оборваны и съедены; на других виднелись явственные отпечатки зубов.
Черная кровь Святого блестела в свете, который испускали светлячки, кровь покрывала лепестки, имевшие цвет магии Хэтти.
Хэтти контролировала Святого.
– О, о, онни Хэтти, – прошептала Каро, и их взгляды встретились.
По лицу Хэтти было ясно, что она сейчас испытывает: вполне естественное ликование и чувство собственного превосходства. Хэтти прекрасно знала, что могущественна, но это… Каро никогда, ни разу в жизни не видела, чтобы Хэтти наслаждалась своими возможностями. А сейчас
–
Хэтти, поглощенная своими мыслями, ничего не ответила, но Каро была возбуждена и восхищена и поэтому принялась болтать сама с собой о том, как Хэтти напоила созданного ею Святого розовым эликсиром и как появившиеся розы приобрели цвет ее магии. А теперь эти самые розы попали в желудок другого Святого, и Хэтти утихомирила его с помощью мысли. Определенно,
Руки Хэтти повисли вдоль тела. Она упала на колени, и выражение мрачного удовлетворения исчезло с ее лица. Она смотрела на Икку, которая по-прежнему лежала на земле, придавленная коленом Каро, с ножом у горла.
– Она убила Иль-Хёна, – произнесла Хэтти ровным голосом.
Она просто констатировала факт. Но Каро догадалась, что смерть мужа все-таки немного расстроила ее – пальцы Червонной Королевы слегка подрагивали.
– О, вам будет не больно, если вы не станете думать об этом, – сказала Каро.
Это был лучший совет, который она могла предложить. Вообще-то, она не сильно огорчилась из-за Иль-Хёна. Возможно, теперь Хэтти будет больше внимания уделять ей, Кэресел, а ведь это неплохо, верно? Мысль была настолько неплохой, что Каро рассмеялась, забрызгав Икку синей жидкостью.
– Так что, отрубить ей голову, моя королева? – выдавила Каро между приступами хохота.
– Кэресел.