Прикрыв лицо руками, я, смеясь, терпеливо поджидала, когда водитель найдет место на паркинге оранжевой заправки, каждый квадратный метр которой был заставлен автомобилями, несмотря на позднее время суток. Такова уж правда жизни: если тебе повезло оказаться на скрытом в Атлантическом океане острове, то стоит учитывать тот факт, что рынок бензина и дизельного топлива в таких местах достаточно лимитирован.
– Позвольте вашу руку, – Дженнаро произнес это таким официальным тоном, словно вел меня на «Бал четырех искусств» в Париже.
– Вам нравится наша игра, да? – уточнила я, протягивая ему раскрытую ладонь.
– Очень. А вам?
– Пугает и затягивает одновременно. – Я рассмеялась.
– И меня затягивает. Прошу, мадемуазель.
Он вежливо пропустил меня вперед перед автоматически распахнувшейся дверью в ярко освещенный магазин.
Последующая сцена происходила в непревзойденном стиле синьора Инганнаморте: бесшумно приоткрыв дверь холодильника, он достал зеленоватую пластиковую бутылочку и вручил мне ее со словами «Try it»[82] на глазах у растерянного кассира-португальца, по всей видимости, привыкшего к тому, что клиент сначала платит и только затем использует товар по назначению. Я сделала один-единственный глоток, который привел меня к мысли, что фреши, кола, фанта, спрайт и весь лимонад мира – всего лишь пыль на обложке глубочайшей книги, потому что есть «Brisa Passion Fruit», а есть все остальное. Маракуйа приятно щекотала язык и небо, которые синхронно требовали «еще». И еще. И еще.
– И?.. – Дженнаро смотрел на меня, как на забавную картину в парижском д’Орсэ.
– Это вкусно до слез!
– Дайте нам, пожалуйста, все, что у вас есть, – попросил он продавца. – Только со вкусом passion fruit.
– У нас осталось примерно шесть упаковок, – прикинул в уме юный португалец.
– Нас устраивает. Я прав, мадемуазель?
– Да! Да! Да!
Когда машина медленно спускалась по узенькому переулку Santa Clara и я вполне отчетливо могла различить вдалеке силуэт двухэтажного дома Жоржа, Дженнаро неожиданно задал вопрос, который ввел меня в определенное замешательство:
– Мадемуазель, скажите, вам комфортно жить в квартире, которую вы снимаете?
– Вы хотите, чтобы я переехала к вам? Я очень быстро соберу вещи.
Порой мне катастрофически недоставало серьезности.
– Нет. Точнее… мне бы наверняка было очень весело, но этот вариант я не рассматривал. – На какую-то секунду мне показалось, что мой покровитель мысленно подбирает слова. – Я задаю вопрос по другой причине. Если вам не очень комфортно в плане инфраструктуры, вы можете переехать в «Reid’s» или любой другой отель, который вам по душе.
Я понимала, что он хочет этим сказать и почему с такой осторожностью проговаривает вслух свое предложение.
– Синьор Инганнаморте, послушайте… Я ценю все, что вы для меня делаете, ценю время, проведенное с вами, и вашу своеобразную заботу. Мне приятно то, что вы очень тактично предложили оплатить мою максимально комфортную жизнь на острове, но поверьте: я влюблена в свою квартиру, и она меня более чем устраивает. У вас будет возможность в этом убедиться.
– Хотите приготовить ужин?
– Я не рассматривала вариант, чтобы мы умерли в один день, толком не успев познать друг друга. Впрочем, вам уже достаточно многое обо мне известно. А вот мне о вас… Хотите, приготовлю ужин?
– После вашего «умерли в один день»? – Он слегка нахмурил лоб. – Да, хочу.
– Тогда вы точно ничего не боитесь в жизни. Вы, правда, хотите?
– Правда. Я очень этого хочу, мадемуазель.
– Даже если я испорчу все продукты и в итоге накормлю нас размороженными в микроволновке куриными наггетсами?
Я одарила его своим самым невинным взглядом, на который только было способно мое актерское мастерство.
– Даже так.
– Но почему? – На моем лице засияла украшенная счастьем улыбка.
– Потому что я никогда и никем так не дорожил. Я вообще никогда никем не дорожил, – с расстановкой произнес Дженнаро. – Ладно. Давайте я помогу вам с «Brisa» и посмотрю, где мне предстоит ужинать в ближайшем будущем.
Пока водитель, включив аварийку, выгружал из багажника упаковки райского напитка, я подрагивающими пальцами теребила ручку алюминиевого чемодана и раз за разом повторяла про себя услышанные минуту назад слова. Дороже них в моей жизни ничего не было.
В том, что Дженнаро понравится квартира, сомнений не возникало. Она просто не могла не понравиться, как и огромный дорогой пакет, который мы обнаружили на пороге перед дверью. Чистые полотенца и бесподобный букет стрелиций – маленький комплимент от человека с большим сердцем.
«Огромное спасибо, Жорж», – подумала я, с ужасом представив, какое количество звонков и сообщений ожидает меня после включения бездыханного на протяжении всего парижского уик-энда айфона.
