– Вот и нет, – с каким-то странным вздохом сказала Фатош, когда ее лохматая питомица устремилась к середине сквера. – Наоборот: опасаюсь, что он обманывает меня. И мне это не нравится. Вы можете не поверить мне, господин Кемаль, но я все равно вам расскажу все как есть. Все считают, что я вышла за Орхана и живу с ним из-за денег. Не буду говорить, что это не так. Но… как бы вам объяснить? Это не совсем так. Но, может быть, он тоже стал думать, что мне нужны только его деньги, и поэтому… ну, стал интересоваться другими женщинами.
Она перевела дух.
– По-моему, он так не думает, госпожа Фатош. Он любит вас, это сразу видно.
– Я знаю, – кивнула она. – Но, видите ли, моя жизнь складывалась так, что я всегда была… скажем так, содержанкой. Не в том смысле, что за деньги жила с кем попало. Но я всегда материально зависела от мужчины, с которым жила. Я никогда не училась, не работала, даже когда я после школы поступила в консерваторию, мою жизнь оплачивал мой тогдашний… жених. Орхан все это знает, но он всегда любил меня и относился к этому нормально. Знал, что я познакомилась с ним и обратила на него внимание, потому что он был богат… Но… Наверно, я кажусь вам смешной старушкой? Со своими разговорами о любви? Но я хочу, чтобы вы поняли, – последняя фраза заглушила вежливые протесты Кемаля.
– Жить с инвалидом несколько лет – это не то, на что идут ради денег. То есть если вы профессиональная сиделка, это другое дело. А со мной он счастлив. Или был счастлив. Но в последнее время он стал другим: странно смотрит, спрашивает, где я была и не нужно ли мне денег…
– Разве это странно? – удивился Кемаль.
– Конечно! – горячо воскликнула она. – Надо знать наши взаимоотношения! Мы… ну, словом, мы очень дружны, я всегда сама говорю, куда и с кем иду, сколько и на что трачу. Но он стал переспрашивать, уточнять – это не объяснишь, но как будто ему что-то не нравится в моих поступках. Я подумала, что… Да, вы же не знаете!
Она говорила сбивчиво, с трудом подбирала слова, но все это не производило впечатления актерства. Кемаль был почти уверен, что она говорит правду, иначе такая дама придумала бы что-нибудь поэффектнее, под стать своему костюму и макияжу.
– Вы расследуете убийство, – неожиданно сменила тему Фатош, – поэтому я решила сказать все как есть. И убеждала Дениз сделать то же самое. Но она… Дениз – хорошая девочка. Очень хорошая. Просто ей пришлось нелегко. У нее масса комплексов, она словно не вышла из подросткового возраста: мыслит и ведет себя как подросток. Наверно, это я во всем виновата, вот и стараюсь, как могу, искупить свою вину.
– При чем здесь вы? – не понял Кемаль. – В чем вы виноваты?
– Вы расследуете убийство и все равно рано или поздно до всего докопаетесь. Лучше я сама скажу. Дениз – моя дочь. Кроме нее и меня, об этом никто не знает. Она родилась, когда мне было девятнадцать и я не была замужем. Ее отец какое-то время содержал нас, но жениться на мне не собирался. Потом я вышла замуж… Дениз жила у моей матери, и муж не знал, что у меня есть ребенок. Мне казалось, он бы не женился на мне, если бы узнал. И правильно казалось! Потому что со временем он узнал – и развелся со мной. Впрочем, все это было давно и мало кому интересно. Деньги у меня всегда были, Дениз жила и училась в частной школе-интернате, иногда я ее навещала. Но больше, конечно, занималась своей жизнью. Сейчас я думаю, это из-за меня у нее такой характер…
– А господин Орхан знает? – решился спросить Кемаль, хотя почти наверняка знал ответ. Но надо было вернуть Фатош к проблемам насущным, чтобы потом не жалела об излишней откровенности.
– Не знает. У Дениз моя девичья фамилия – Арман, а когда мы с Орханом познакомились, у меня была фамилия бывшего мужа, я ее оставила.
– А почему на почтовом ящике написано «Армани»?
– Я же вам говорю: трудный подросток! Это фамилия знаменитого модельера: ей хочется внимания, интереса к собственной персоне. Не удивлюсь, если узнаю, что она называет себя его родственницей. Или внебрачной дочерью. У детей, растущих без отца, это часто бывает. А Дениз к тому же росла почти без матери.
– А как получилось, что вы живете в одном доме?
– Очень просто. Когда Орхан купил мне квартиру, мы еще не были женаты, и предполагалось, что он меня будет периодически навещать – и все. Денег он мне давал немало, я занималась ремонтом и обустройством, а какие-то суммы старалась отложить на черный день. К тому времени Дениз закончила школу, и надо было что-то решать: как ей жить дальше, где и на что. Моей мамы уже давно нет в живых… Я думала-думала, как быть, а тут, как нарочно, освободилась эта маленькая квартира. Я прикинула, что мне вполне по средствам ее снять, и Дениз поселилась здесь. Потом она решила поступить на эти свои курсы, я ее поддержала… Вот так мы и живем.
