Рассматривая свою руку, Ксандер и сам поверил на мгновение, что она настоящая. К рукаву камзола пришили перчатку, набитую мягкой глиной, имитирующую настоящую ладонь с пятью пальцами, хоть они и не могли сгибаться. Но пока она лежит на подлокотнике кресла, никто ничего не заподозрит. Ситуация несколько усложнится, когда ему придется встать и снять маску, но Рэйф придумал специальный узел, который можно развязать одной рукой. Единственное видимое различие между братьями заключалось в цвете глаз: лавандовые у Ксандера и лазурные у Рэйфа, но Рэйф заверил, что большую часть времени смотрел в пол, поэтому, скорее всего, никто и не заметит. А если заметят, то, вероятно, сочтут причудой освещения. Еще час, и брачный турнир завершится. К утру вороны отправятся домой, увозя с собой свою принцессу. Осталось только дождаться конца финальной церемонии. А потом… потом… потом…
Эта мысль преследовала его с тех пор, как он начал разрабатывать свой план, а в последние несколько дней стала давить на него особенно сильно. Глядя на Корали, Ксандер ощущал себя злодеем, а не героем, в котором нуждается его народ.
Эти фразы казались пустыми отговорками, возможно, потому, что он снова встретился взглядом с Корали и впервые осознал, что значение имеет не только его будущее и судьба его народа.
По атриуму пронесся гул ликования.
Ксандер моргнул, сообразив, что король закончил речь, и официально началась церемония выбора пар.
Все пары были выбраны прошлой ночью посредством записок, курсирующих между королевскими семьями, но ничто не решено окончательно, пока не будет объявлено пред богами. Даже мельчайшая ошибка может все погубить. Нет правила, могущего заставить Корали согласиться на предложение Ксандера, возможно, именно по этой причине его сердце и мечется сейчас в груди, как дикий зверь в клетке. Ксандеру с трудом верилось, что он достоин принцессы, ведь на самом деле ее завоевал Рэйф, потому он и опасался получить отказ.
Ворон снова обхватил деревянный подлокотник трона левой ладонью. Фантомные пальцы правой сжались в кулак, такой реальный, что он ощущал его наряду с подрагиванием руки.
Независимый комитет подал знак принцу-голубю, победителю среди юношей и обладателю права первого выбора. Он встал со своего трона и слетел в центр атриума. Мягко коснувшись ногами плиточного пола, он повернулся лицом к своему народу и низко поклонился. Его пепельные крылья при этом слегка вздрогнули. Распрямившись, он завел руки за голову и развязал тесемки маски, явив собравшимся свое лицо.
– Я Лука Аэтионус, рожденный во славу бога Аэтиоса, кронпринц Дома Мира, выбрал с покровительства своего бога себе пару, очарованный ее скоростью и находчивостью, грациозностью и обаянием, а также проницательным умом и отважным сердцем, свидетелями чего мы все стали.
Принц подпрыгнул в воздух и, решительно махая крыльями, полетел к платформе Дома Рая, никого этим не удивив. Ксандер всю ночь обсуждал с матерью образовавшиеся союзы, в том числе и выбор принца-голубя. Все же ворон испытал облегчение, видя, что Лука летит в противоположном направлении от Дома Мудрости. Следующим среди принцев будет выбирать Ксандер, и его принцесса дождется его.
Голубь опустился на колено перед своей парой.
– Айрис Мнесмеус, рожденная во славу бога Мнесме, принцесса Дома Рая, согласна ли ты стать моей женой?
Воцарилась тишина.
Мгновение спустя принцесса поднялась и, сверкая на солнце аметистовыми переливами складок платья, сняла маску и приняла протянутую ей руку.
– Да.
Принцесса повернулась к родителям, расцеловала их в обе щеки, обняла братьев и последовала за Лукой к его платформе. Там она села на стоящий рядом с ним пустой трон, сменив статус принцессы Дома Рая на будущую королеву Дома Мира. Они с Лукой крепко держались за руки. Без масок их лица сияли полными надежд улыбками с едва заметной примесью страха. Голуби радостно загудели, когда Лука наклонился и поцеловал руку Айрис. Этот звук одобрения служил предвестником грядущих событий, обещанием, что их дом будет и дальше оставаться счастливым, исполненным света и воздуха, совсем как их бог.
