– Кто станет его парой? – перебила Кэсси.
– Айрис, – мягко отозвалась Лиана. – Принцесса Дома Рая.
– Какая она?
– Она кажется… – Лиана пожевала нижнюю губу, не уверенная, что сказать и как. – Ну, она победила в состязании на скорость и прекрасно показала себя в битве на мечах. Чуть больше практики – и могла бы даже меня превзойти. На балу в первый вечер она всех очаровала грациозными движениями и харизмой. Думаю – надеюсь, по крайней мере, – что они с моим братом будут счастливы.
Кэсси молча кивнула. То, о чем ей говорить не хотелось, как раз и занимало сейчас мысли Лианы – в порядке ли она. Когда речь заходила о делах сердечных, Кэсси предпочитала откровенному ответу остроумные реплики.
– Эй, Ана? – прошептала она. – Можно тебя кое о чем спросить?
– Да о чем угодно.
Кэсси продолжала обнимать себя своими пятнистыми крыльями, и Лиане хотелось сделать то же – притянуть подругу к себе и, заключив в объятия, отгородить от невидимой, но неминуемой душевной раны. Кэсси упорно глядела на смятые простыни, отказываясь принимать утешение от Лианы. Вместо этого она взяла свои пижамные штаны и стала выискивать несуществующие катышки на ткани.
– Как тебе кажется… я имею в виду, я тут подумала, что, возможно… Дело в том, что у голубей мне больше нет места. Во всяком случае, я не чувствую себя здесь как дома, вот и подумала, что ты… или я… или мы… – Кэсси сглотнула.
Лиана никогда прежде не слышала в ее голосе сомнений. Ее обожаемая подруга всегда такая уверенная, никогда не лезет за словом в карман, а тут мямлит что-то нечленораздельное, так что никак не удается поймать ускользающий смысл.
Лиана схватила Кэсси за руки.
– Что? Что ты пытаешься сказать?
Кэсси вскинула на нее глаза, ясные, в отличие от речей.
– Можно мне отправиться с тобой в Дом Шепота?
Лиана моргнула.
Сообразив, о чем ей говорят, она бросилась к Кэсси и с преувеличенным энтузиазмом прижала ее к груди, так что обе потеряли равновесие и шлепнулись на подушки.
– Да! – завизжала она. – Да, ты просто обязана поехать со мной!
В действительности Лиана уже несколько недель втайне надеялась, что Кэсси сама это предложит, так как не хотела на нее давить. Они всю жизнь провели в Доме Мира, и ей не хотелось тянуть подругу за собой только потому, что она сама должна переезжать. Но раз Кэсси по доброй воле хочет следовать за ней, Лиана, разумеется, возражать не станет.
– Думаешь, вороны позволят? – спросила Кэсси приглушенным голосом, поскольку Лиана все еще лежала на ней.
Принцесса поспешно села, дав подруге возможность восстановить дыхание, и беззаботно пожала плечами, хотя мысли ее неслись вскачь.
– А даже если и не позволят, что тогда? Завтра их принц увезет меня из единственного известного мне дома, чтобы впоследствии сделать королевой своего мира. – Она замолчала, словно ощутив на своих плечах вес того, что готовит ей завтрашнее утро, – так много мечтаний, вопросов, неизвестности. Выпрямившись, она гордо вздернула подбородок. – Пусть только посмеет сказать мне
Они обе знали, что повлечет за собой отказ.
Кэсси закрыла глаза и сымитировала дрожь.
– Мне жаль мужчину, который посмеет пойти тебе наперекор.
Лиана усмехнулась.
– Мне тоже, подружка. Мне тоже.
При тесном знакомстве хрустальный дворец оказался еще более величественным, чем представлялся на первый взгляд. Скользящие парадные двери. Вестибюль протяженностью в две сотни метров, украшенный драгоценными камнями, так что каждый сантиметр мозаичного пола сверкает на солнце, отражая небо. Центральный атриум с куполообразной крышей, уходящей вверх на головокружительную высоту, и спиральной лестницей, ведущей во внешние помещения и покои, такие многочисленные, что и не счесть. Достойное место для приема королевских семей, облаченных в роскошные одеяния и щеголяющих многоцветием оперений и украшений. Ксандер старался не пялиться слишком откровенно, что давалось ему, ворону из дома, где доминирует черный цвет, с большим трудом.
Взгляд матери, казалось, говорил то же самое:
