Голубые огни Йокогамы полностью

«Все правильно, дети. Владыка ночи, Владыка бесконечности. Владыка ветра, Владыка тьмы. Его время грядет. ГРЯДЕТ! И никто не сможет отобрать у меня то, чем он меня ОДАРИЛ. И никто не сможет отобрать у вас то, что ДАЛ ВАМ я. Всегда помните, что скоро солнце почернеет и умрет, и на его место придет Его ПОДЛИННОЕ ВОПЛОЩЕНИЕ. Тескатлипока Черное Солнце будет ПРАВИТЬ в этом ночном мире, а все неверные вокруг нас будут ПОВЕРГНУТЫ. Их сердца будут ВЫРВАНЫ, и станут они СЛЕПЫМИ».

Визги.

«Но не вы, дети мои. Ибо ВЫ последовали за мной, вашим смиренным отцом, к ГРЯДУЩЕМУ СВЕТУ. Вы пошли за мной к ЕДИНСТВЕННОМУ спасению от ТЕМНОТЫ».

Громкие аплодисменты.

«В грядущие годы, когда меня уже давно не будет, это послание останется ясным и сильным, а из наших тел появятся новые люди. Новые люди и новая вера, с новыми принципами и новыми миссиями. Я подарил вам новых братьев и сестер, и моя сущность будет жить в них. Я всегда буду здесь, чтобы вести вас — и сейчас, и в новом мире. Однако помните, дети мои…»

Наступило долгое мучительное молчание. Те слушатели, кто не смог его выдержать, закричали: «Скажи нам! Скажи нам!»

«Бог никогда не торопится. И ВЫ ВСЕ — его создания. И не торопитесь выполнять свою миссию. ПУСТЬ сюда придут неверные. Помните, что близится время ЧЕРНОГО СОЛНЦА. Помните, что невежды и их кукловоды могут затронуть вас только снаружи. НЕ БОЙТЕСЬ их. Примите их. О них позаботится ТЕМНОТА. Темнота УКРОЕТ их. А вы ВОЦАРИТЕСЬ в новом откровении».

В дверном проеме появился Ямада.

— Знаете, я никогда прежде не слышал его голоса. В нем что-то есть, правда?

— Для чего он записал это?

— Возможно, для того, чтобы здесь собралось достаточно людей к моменту, когда появятся полицейские. Андзаи исчез задолго до полицейского налета. Он приказал своим людям драться до смерти, а женщинам и детям — отравиться. Погибло свыше пятидесяти человек.

— А ему самому удалось ускользнуть?

— Годом позже Андзаи обнаружили во Вьетнаме, он пристроился священником в церковь.

Ямада кивнул на следы пожара.

— Похоже, что они пытались уничтожить все, что только могли.

— Но они использовали неправильное топливо. — Ивата понюхал стены. — Видите эти отметины? Чтобы разгореться, огню потребовалось немало времени, а это значит, что они не пользовались бензином. Потому все, что загорелось, вытащить из огня не составляло труда.

— Будем надеяться, что в документах остались хоть какие-то сведения о Кейко Симидзу или ее девочке.

Они принялись разбирать шкафы с документами в поисках личных досье. Многие папки были уничтожены огнем, но несколько сотен уцелело. В папках содержалась информация о членах секты от анкетных данных до деликатных подробностей. Состояние их банковских счетов. Длина пенисов. Судимости. Тайные страхи, признания и извращения. В каждой папке лежал небольшой поляроидный снимок. Молодые, старые, мужчины, женщины. И в каждом лице — подобострастие, покорность, надежда.

Ивата открыл одну папку и стал читать вслух:

— «Дзюнъити Андо, 206:F — во время групповых занятий признался в сексуальном контакте с собственной сестрой». Зачем им нужно было это записывать?

— Давление. Они использовали искренность членов секты как терапевтический прием и, располагая таким образом нужной информацией, уже требовали от них значительных «пожертвований». Кроме того, это гарантировало, что члены секты никогда не покинут ее из страха разоблачения.

Ивата отложил в сторону одну папку и поднял следующую. Оба полицейских пытались хотя бы немного размяться и согреться — они работали уже целый день.

Почти стемнело, когда Ямада, глядя на своего напарника широко раскрытыми глазами, наконец произнес:

— Ивата, кажется, есть.

— Вы уверены?