Ивата отключился и вылез из машины. У ворот он показал свой значок, поймал на себе пару любопытных взглядов из толпы и прошел внутрь. До дома супругов Татибана была пара сотен метров. Прямоугольное бежевое здание с коричневыми ставнями и небольшим гаражом. Перед входной дверью стояла группа полицейских. Ивата показал значок, и его имя вычеркнули из короткого списка. Он оказался в длинном коридоре со стенами, увешанными современной живописью.
Ивата пошел наверх, на приглушенный звук голосов — в просторную гостиную, совмещенную с кухней, полы в которой были выложены темной сланцевой плиткой геометрически правильной формы. Здесь стояли угловой диван и обеденный стол со стеклянной столешницей, а по углам комнаты — большие горшки с бамбуком и пальмами. Юми и Ёси Татибана за столом пили чай. Они сидели рядом и смотрели прямо перед собой, чем напоминали Ивате парочку полуночников из фильма Эдварда Хоппера.
При появлении Иваты оба встали.
Юми была на сносях. Она выглядела старше, чем на фотографии, но Ивата сразу узнал ее по очертаниям тела и веснушкам. Ёси — мужчина высокого роста, с узким лицом и бородой, которая скрадывала худобу лица, как-то нервно улыбался.
Ивата поклонился:
— Инспектор Ивата. Я веду это дело.
Юми выглядела бледной. Очевидно, держалась она из последних сил.
— Синдо сказал, что вы один из лучших сотрудников. — Она жестом пригласила его садиться.
— Ясно. Я уж думал, не доживу до его похвалы.
— Что здесь происходит, инспектор? Нам ничего не объяснили.
— Моя задача — остановить… человека, пытающегося добраться до вас.
— Человека, значит. И чего конкретно он от нас хочет?
— Мы работаем над этим.
Юми фыркнула.
— Ну хоть какие-то предположения у вас есть?
— Да. По всей видимости, он хочет отомстить вам за что-то.
Ёси прокашлялся. Он тоже побледнел и смотрел испуганно.
— Инспектор, я не понимаю. Мы — обычные люди и не замешаны ни в чем… ни в чем таком.
Ивата кивнул:
— Я прекрасно понимаю, какой это шок для вас обоих. Но, боюсь, должен просить вас проявить терпение. Я не могу рассказать вам все. Слишком многое еще неясно.
Юми отпила чай и горько улыбнулась.
— Это как раз понятно.
Желая разрядить обстановку, Ёси сказал:
— Не хотите чаю, инспектор?
— С удовольствием.
Ёси Татибана подошел к сверкающему чистотой кухонному столу и включил чайник. Ждал он, облокотившись на столешницу. Ивата понимал, какой дикой должна казаться вся эта ситуация постороннему человеку. Сама мысль — что кто-то намерен проникнуть к тебе в дом, ради которого ты пахал всю жизнь, и уничтожить твою семью. Татибана принес чай в чашке из цельного камня. Ивата поблагодарил его.
— Инспектор, вы сказали, что этот человек что-то имеет против нас. Чего же мы натворили? У вас есть предположения?
Юми закатила глаза.
— Разумеется, он знает.
Ивата вскинул руку, призывая к спокойствию.
— Вот что. Сначала я попрошу вас ответить на мои вопросы, а затем поговорю с вашей женой. Наедине.
— Я выйду на балкон. — Юми поднялась. — Мне нужен свежий воздух.
Мужчины остались вдвоем.
— Инспектор, можете себе представить, как мое начальство отнесется к моему участию в такого рода истории. Да и на Юми этот стресс скажется не лучшим образом.
— Я вас понимаю. Но всего лишь прошу вас набраться терпения. Здесь вы в безопасности.
— Но это не может продолжаться бесконечно! А вдруг окажется, что это ошибка?
— Господин Татибана, если так — я буду безумно счастлив.
Хозяин с силой ударил по столешнице.
— Сколько нам ждать?! Вам может потребоваться несколько месяцев, чтобы поймать его!
Ивата подался вперед и заговорил с язвительной интонацией:
— Слушайте. Этот человек способен сотворить с вами и вашей женой такое, о чем вы даже помыслить не можете. Было бы лучше, если б вы мне доверяли, это все-таки моя работа. На вашем месте я бы молился, чтобы я нашел его раньше, чем он — вас.
Татибана заморгал:
— Простите. Я просто…
— Не извиняйтесь. Давайте начнем. Вы ничего необычного не замечали в последнее время?
— Я уже об этом думал. Но нет. Ничего.
— Напрягите память. Это может быть что угодно. Татибана покачал головой:
— Я правда не могу припомнить. Извините.
— Никто не преследовал вас или вашу жену? Не было странных звонков или других происшествий?
— Нет.
— А на работе? Значение имеет любая мелочь.
— Боюсь, что нет.
— Чем вы занимаетесь?
— Дизайн интерьера. Я архитектор.
Ивата достал из сумки фотографию с изображением черного солнца.
— Вы когда-нибудь прежде видели этот символ?
Татибана покачал головой. Ни малейшего намека, что он узнал его.
— Уверены?
— Да, я бы его запомнил.
— Хорошо, господин Татибана. Возможно, у меня появятся вопросы позже.
Ивата поднялся и вышел на балкон. Юми сидела у стола, глядя на Радужный мост, сверкающий огнями на фоне холодного вечернего неба.
— Садитесь.
Ивата сел. Она посмотрела ему в глаза:
— Он хочет нас убить, так? Поэтому вы здесь.
— Юми, поверьте, я не дам этому случиться.
— Он уже кого-то убил?
— Да. Но раньше, чем мы поняли, кого искать. Теперь же вам не о чем беспокоиться.
