Гермиона посмотрела на Грюма и Дамблдора, которые что-то обсуждали, стоя в холле, когда все уже расположились в гостиной и пытались общаться, но пока что только по группам — орденцы и гости, раздельно. Судя по тому, что она не могла разобрать, о чем же говорит директор, хотя расстояние между ними было невелико, кто-то из них наложил приватные чары.
— Нет, мистер Блэк. Мистер Снейп не состоит в Ордене, — ровно отозвалась она.
Как же Гермиона сейчас понимала всех старших, не знающих, как урезонить лишнее любопытство их с Гарри и Роном, когда они в очередной раз лезли туда, куда не просят. Впрочем, она сама прибилась к их компании, и прекрасно понимала, что разговор обязательно свернет на какие-то опасные темы.
— Сириус просто ревнует, — поддел друга Джеймс.
Она скользнула взглядом по его круглым очкам, чувствуя какое-то неприятие. Кажется, Гермиона общалась с ним напрямую впервые в жизни и не то чтобы была этому рада. Хотя, в отличие от Эванс, он не вызывал у неё никаких глубоких сложных чувств. Даже их конфликты с Северусом не сильно её тревожили. Джеймс на пару с Сириусом и, в меньшей степени по уровню вовлеченности, Питером и Римусом, вели себя гадко, но Поттер вроде как перебесился и вырос. Да и его версия в её мире сполна расплатилась за все свои ошибки, хотя звучало это грубовато — как-то велика цена за школьную травлю. Во всяком случае было уже поздно махать кулаками, даже в этом времени.
А, возможно, дело было в том, что ей всё казалось, что это Гарри, только весь какой-то холеный и дерзкий до высокомерия, чего за ним отродясь не водилось. Постоянно сравнивать Джеймса с «младшей версией», а это было бы неизбежно при близком общении с ним, ей совсем не хотелось, вот она и старалась держаться от него подальше. Правда, сейчас, кажется, нарочитого лоска в Поттере поубавилось, то ли из-за смерти родителей, то ли из-за ответственности, которую он на себя брал — тут и Орден, и Лили. Так что они с сыном стали как будто духовно ближе (в её поверхностном видении).
— Вот как. А мне казалось, что мы с мистером Блэком решили остаться друзьями, — улыбнулась Гермиона.
Джеймс тоже хохотнул, за что получил толчок под ребра от друга. Питер поддакнул, и она обратила на него внимание. Нужно было как-то выйти с ним на контакт, приглядеться, разговорить, вывести на эмоции, чтобы понять, прячет он уже что-нибудь существенное за своими кривыми улыбками и непопулярными у друзей идеями или нет.
Но продолжить эту бессмысленную болтовню они не смогли. Дамблдор и Грюм закончили обсуждение, и директор зашел в комнату, сразу обращая на себя все внимание.
— Господа, мы собрались тут по совершенно иному, более приятному поводу, — он кивнул то ли ей, то ли бывшим студентам. — Но, к сожалению, встречу придется начать с куда как более худших новостей. Ночью были совершены погромы в трех лавках на Косой аллее.
— Аптека, магазин всякой всячины и кабинет поставщика редких ингредиентов, — подтвердил Фрэнк Лонгботтом, который, вполне вероятно, занимался расследованием этих дел, как аврор. — Никто не пострадал, были разгромлены только сами помещения.
— Все места преступления отметили Чёрной меткой, так что в авторстве не приходится сомневаться, — с неприязнью добавил Грюм.
— Но, как стало известно чуть позже, было совершено ещё одно нападение — на склад компании «Серебряный котел», — более печальным голосом продолжил Дамблдор. — На сей раз без жертв не обошлось. Погибло несколько сотрудников, включая хорошо известного многим из нас бывшего завхоза Хогвартса Аргуса Филча.
Гермиона мысленно повторила слова директора несколько раз. Смысл фразы никак не хотел до неё доходить. При чем тут Аргус? И Филчи в принципе? Гибель Беррес была объяснима, но этого точно не должно было случится. Конечно, того же Фаджа никто не трогал, но он все равно погиб вслед за Амбридж из-за каких-то неприятных временных закономерностей. Но зачем бы Воландеморту…
— И раз уж мы сегодня принимаем новых членов Ордена, я обязан сообщить, что, вероятно, компания мистера Филча и другие фирмы пострадали из-за связи с нашей организацией. Все они так или иначе сотрудничали со мной.
Та самая ожидаемая месть? Малфой был не только идеологическим соратником, но и деловым партнером. Пожирателям, естественно, тоже требовалось снабжение, да и связи в той же Европе были не лишними, а Абраксас их точно имел. Из-за всей этой истории с Люциусом его позиции ослабли, как и сулил портрет Дамблдора. Возможно, он потерял какие-то деньги, разорвал договоренности… Лорду это тоже, понятное дело, не понравилось. Но ведь он похитил гадалок, искал третью сторону их конфликта, возможно даже интересовался ею через Снейпа! Почему он решил атаковать Орден сейчас?
Гермиона скривилась и сложила руки, пытаясь унять занывшие опять предплечья. То ли их ожидали очередные аномалии, то ли так просто выражалось её чувство вины. Не сунься она со своей непрошенной помощью, Аргус сейчас был бы жив. Чёрт! Дамблдор как обычно был совершенно невыносимо прав в своих предостережениях.
