Гонцы весны полностью

К а в р и г а (зовет). Ваней! Браток…

С другой стороны подходит  В а н е е в.

Ну, прощевай, Ваней. Спасибо тебе. Хорошие слова в душу клал. Прощай…

В а н е е в. Может, еще увидимся.

К а в р и г а. Нет, браток, я сюда помирать иду.

В а н е е в. Да что ж это так?

К а в р и г а. Я в тайге одно место знаю. Золото руками черпать можно. Будут пытать… А я не скажу!.. Ну, сам понимаешь, шкура-то одна…

В а н е е в. Тогда надо бежать. Немедленно бежать!

К а в р и г а. В этих ичигах-то? (Показывает свою рваную обувь.)

В а н е е в. Берите мои сапоги! Живо!

К а в р и г а. Да ты что? А сам-то ты как? Вижу, хвораешь ты.

В а н е е в. Берите…

К а в р и г а. Не возьму. Не возьму грех на душу. Пропадешь!

В а н е е в. Чудак! Я достану. Я же скоро выйду из острога.

К а в р и г а. Не врешь? Ну, тогда спасибо. Спасибо, браток… Только не от Кавриги, а от Степана Власова. Меня по-настоящему-то Степаном зовут.

Быстро меняются обувью.

К о н в о й н ы й (проходя). Остерегись, Каврига. Глиста лютая идет.

Каторжников проводят.

К а в р и г а (обернувшись, кричит). Прощай, Ваней!

В а н е е в (у решетки). Прощай, Степан! До встречи! Я в нее верю. Слышишь, Степан!

Уголовных увели. К ограде подходит  У л ь я н о в  в шубе.

У л ь я н о в. Анатолий!

В а н е е в (узнал Ульянова). Ильич! Как вы пробрались сюда?

У л ь я н о в. С подводой, за манатками заключенных. Здравствуйте! Как настроение? Все здоровы?

Пожимают руки.

Что у вас за обувь? Где сапоги?

В а н е е в. Отдал…

У л ь я н о в. А сам в опорках! Да как вы могли! Где Запорожец?

В а н е е в. В больнице.

У л ь я н о в. Серьезно?

В а н е е в. Безнадежно.

У л ь я н о в. Так… А Федосеев? Где он? Как его работа? Он здоров?

В а н е е в. С ним тоже нехорошо.

У л ь я н о в. Болен?

В а н е е в. Хуже… Как вы, Владимир Ильич?

У л ь я н о в. Все хорошо. Работаю в библиотеке. Маюсь над книгой. Вчера был на диспуте. Скоро собираем кружок.

В а н е е в. И здесь есть наши?

У л ь я н о в. Есть! Но что происходит у вас? Говорите, Анатолий.

В а н е е в. Склока.

У л ь я н о в. Еще не хватало!

В а н е е в. Ссыльный Юхотский травит Федосеева, обвиняет в краже денег из нашей общей кассы.

У л ь я н о в. Докатились! Вместо единства — склока. Конечно, Федосеев мучается и не пишет книгу?

В а н е е в. Замкнулся. Целыми ночами не спит.

У л ь я н о в. Я должен видеть его. Во что бы то ни стало. Толя, сделайте так, чтобы он пришел.

Ванеев уходит. Мимо Ульянова проходит  с т р е л о к.

С т р е л о к. А ты чего тут пристал?

У л ь я н о в. С подводой, за манатками приехал.

Стрелок проходит. В а н е е в  возвращается.

В а н е е в. Сейчас прибежит… Мы так устали от этой склоки. Но разве Юхотскому докажешь!

У л ь я н о в. Поймите, Анатолий, склока, клевета и истерика — это гнусное оружие мещан и пошляков. Немецкие филистеры отравляли жизнь Марксу и Энгельсу, амбиция и личные счеты революционных болтунов сокрушали единство парижских коммунаров. Но лучше, Анатолий, слышите, лучше всю жизнь терпеть ненависть этих пошляков, чем час жить в мире с ними. А ваш Юхотский…

В а н е е в. Главное — он не верит в партию… Федосеев, черт побери, опустил крылья, молчит. А недавно ночью сказал: «Я не могу работать, так зачем жить?» (Кашляет.)

У л ь я н о в. Анатолий, у вас кашель… Что с легкими?

В а н е е в. Пустяки… Просто небольшой бронхит. И вот что мне непонятно. Ведь Юхотский социал-демократ. Как он может…

У л ь я н о в. А вы подумали о внутренней борьбе? Она будет менять форму и обличье, но существовать будет всегда, до полной победы нашего дела.

Голос Федосеева: «Вы не имеете права держать меня!»

В а н е е в. Ильич, за нами следят. Уходите. Скорее!

К Ульянову подходит  Б о г а ч е в.

Б о г а ч е в. Поздно! Поздно, господа… (Кричит солдатам.) Убрать! Всех загнать в вагон!

Солдаты, орудуя прикладами, уводят политических.

В а н е е в. Прощай, Старик!

У л ь я н о в. Скоро мы встретимся, друзья!

Б о г а ч е в. Простите, но о ваших друзьях мы уж как-нибудь побеспокоимся сами. (Указывает, куда идти.)

Ульянов, оглядываясь, помахивая рукой, уходит.

З а т е м н е н и е.

Кабинет Женбаха. П о л к о в н и к  нервно ходит взад-вперед. Входит  Б о г а ч е в.

Ж е н б а х. Арестован?

Б о г а ч е в. Да.

Ж е н б а х. Великолепно. Кавригу привезли?

Б о г а ч е в. Он здесь, полковник.

Ж е н б а х (после паузы). Ну что ж… Начнем с Кавриги. Ульянов пусть подождет.