Долгие годы старик жил отшельником и порядком соскучился по живой душе. Не думал он только, что это окажется "горбатая" душа. Но тем необычней и удивительней показалась ему эта встреча. Выслушав до конца, он спросил:
- Знаешь ли ты эти края?
- Нет, - ответил Арчи, - я никогда не бывал по эту сторону Бахи.
- Куда же ты направляешься?
- За новой жизнью...
Старику все больше нравился этот мальчишка. Идти за "новой жизнью" в неведомом краю, надо быть либо безумным, либо отчаянно смелым. Старец наблюдал, как котенок ласкается к подростку, выдавая зоркому взгляду невидимые стороны души.
- Не многих я знал, - думал старик, - из своего рода людей, кто бы душой были добры как этот горбун. Глупцы, изгнали лучшего из рода...
- Послушай меня, юноша... Я прекрасно знаю эти края и скажу тебе, что путь твой обречен. За этой горой следует череда непроходимых хребтов, за которыми живут люди, но вряд ли тебе по силам это испытание. Обратной дороги тебе так же нет. Ты пропадешь, скитаясь в этих горах. Арчи держался изо всех сил. Зачем он говорит ему об этом? Так легко было у него на душе, а после этих слов, снова захотелось броситься в реку.
- Я вижу, ты отчаялся?
Арчи молчал. Дальше будто пропасть разверзлась, идти бессмысленно.
- Будь на твоем месте обычный странник, я предложил бы ему временный приют... Но тебе я предлагаю постоянный кров. Арчи взглянул на старика. Одна фраза, меняет в мгновение ока судьбу, прогоняет отчаяние, и нет ему больше места в сердце. Юноша с благодарностью глядел на старца, не зная, что ответить.
Они шли небольшой долиной к пристанищу отшельника. Арчи еле поспевал за стариком, дивясь его огромным шагам. Не было у него ни каких сожалений, что эту встречу устроила судьба. Теперь у него будет кров, пища и питье, лежанка и жаркий очаг в холодное время года. С души свалился камень. Старик оказался страшным только в первое мгновение, но истина, все расставила по местам. Как боги умудряются, пересекать человеческие пути-дороги, ему казалось великой тайной. Но умный человек не допытывается "недоступного" ему, он с благодарностью принимает эти знаки.
Крепкая деревянная избушка, новый дом изгнанника, удивила Арчи своей необычностью. Она была совершенно непохожа, на те хаты, что строили в Бахе. Стены сходились друг с другом, выдаваясь наружу, будто прорастая сквозь бревна. Высокая крыша, больше походила на верхушку городской колокольни. Домик стоял на "ногах", возвышаясь над землей и чтобы в него попасть, нужно было подняться по лестнице. Сухая поляна вокруг была чиста от кустов и подлеска. В пологе сосен, гулял свежий ветерок, и чудесно пахло свежестью.
- Будь как дома, - произнес старик, отворяя дверь.
Арчи вошел внутрь. Небольшие окошки пропускали достаточно света, и не пришлось привыкать к темноте.
Юноша огляделся и вдруг воскликнул:
- Сахарок!
Старик улыбнувшись, переспросил:
- Какой сахарок?
- Так вот же! - указал Арчи в сторону печки. На каменном полоке, лежал здоровенный белый кот, внимательно изучая незваного гостя.
- Точь-в-точь как мой Сахарок, только очень большой! Как же он у вас оказался?
- Намного большая загадка друг мой, как в твоем городе оказался белый котенок? - ответил старец.
- И правда, - подумал Арчи. Он расстегнул куртку, и вынув своего спутника, опустил на пол. Котенок робко сел у ног, оглядываясь по сторонам.
И тут большой кот спрыгнул вниз, увидев родную кровь.
- Не бойся, Маркиз его не тронет - произнес старик, усаживаясь за стол. Он ласковый и добрый, хоть и выглядит гигантом.
Сахарок словно увидев свое отражение, кинулся к Маркизу. Тому не понравился затхлый, болотный запах котенка и он стал усердно вылизывать его, на правах хозяина.
- Выходит Вы меня пощадили из-за котенка? - спросил Арчи, - Если бы не он, лежать мне сейчас под дубом...
Старику стало не по себе. Юноша точно подметил, что удержало его руку. Это была правда. Горькая, но ее нужно было принять.
- Клянусь богом, - думал старик, - мне в тысячу раз должно быть горше от его слов, чем ему! Его слова обличили мой страх и глупость. Где же та мудрость, что собирал я всю жизнь, если слова юнца рассыпали ее в прах? Я готов был лишить его жизни от собственного страха, затмившего мой разум. О, как же я ничтожен, если до сих пор боюсь чумной смерти?! Господь, не допустил свершиться беззаконию...
- Прости, я старый олух, испугался смерти! Видимо, жив еще во мне тот ужас, что пережил я много лет назад. Я был уверен, что изжил его, но он будто спящее чудище ожил во мне. Не я это был у дуба... Слуга своих тайных страхов.
- Может быть мама моя, тоже не по собственной воле меня предала? - спросил Арчи, жадно вцепившись в надежду. Может быть, она просто испугалась?
- Ты прав... По собственной воле, люди зла не хотят творить. Все зло в мире происходит будто наваждение. "Великий властелин" правит поступками людей, и имя ему страх.
Он может быть малым как этот котенок, портя человеку его повседневную жизнь, а может быть грозным чудищем. Страх болезней и страданий, страх нищеты...Страх смерти.
