Я посмотрела в лес.
И мне в голову пришла идея.
Самая худшая идея.
Я собиралась идти домой… сегодня ночью.
ГЛАВА 2
Куча дров
Осирис
Несколько дней было приятно ощущать боль. Ну, разного рода боль. Мои руки чертовски болели. Я чувствовал, что мои ноги собирались сдаться. Мои спинные мышцы крутило от боли, и я был истощен. А моя одежда была мокрой от пота, хотя не так уж было и жарко.
Чтобы выжить в этом домике, мне пришлось найти работу. Я давно отказался от нормальной жизни. Поэтому имело смысл найти лесопилку и устроиться на работу туда. Там было много работы. А платили паршиво. Часы тянулись долго. У меня были наличные, а иногда просто рукопожатия, и никто не задавал дохера вопросов обо мне. Во всяком случае, они были более очарованы моим именем, нежели тем, почему я живу в домике в лесу. Остальные ребята делились на две половины. Половина имели жен и детей. Остальная половина заканчивала работу, убирала и ехала в город, чтобы напиться до беспамятства, надеясь, что они проснутся с какой-нибудь женщиной в кровати.
У них была даже игра, в которой они фотографировали постели, чтобы доказать, что они там спали. Но они хотя бы были достаточно вежливыми, чтобы не фотографировать женщину, с которой спали в одной постели.
А я?
Просто рвал задницу. С момента, когда я появлялся и пока не уезжал.
Я научился пользоваться всем оборудованием, которое у нас есть. Я предложил свои идеи владельцу — грубоватому парню Джерри, который сказал, что я должен иметь свой собственный бизнес.
Когда он это сказал, я просто чертовски сильно рассмеялся. Был он у меня, и я с ним покончил.
Сегодня мы должны переместить бревна и порезать их. Час за часом мы захватывали, поднимали, держали и носили гигантские куски древесины от одного двора к другому. У Джерри было трое парней с двумя машинами, нам пришлось работать в другом месте, чтобы заполнить их деревом. Видимо, этот заказ был для большой шишки, ведь нам было нужно резать и чистить как можно скорее. Джерри сказал мне, что он собирался лично дать мне бонус за помощь ему в заключении сделки и за то, что я сделал большую часть работы.
Честно говоря, я не беспокоился о деньгах. Того, что я имел, мне было достаточно.
В конце дня пришел Джерри и заставил меня пойти домой.
Он протянул мне контейнер с едой.
— От Линды. Она делает чертовски хороший рулет. Но она делает его очень много. Наш сын, Билл, должен был приехать на ужин вчера вечером, но отменил его. Возьми остатки себе.
— Да, конечно, — сказал я. — Спасибо, Джерри.
— Эй, Си, — сказал Джерри.
Это было мое прозвище.
— Что?
— Как долго ты собираешься здесь быть?
— Что ты имеешь в виду?
— Здесь. В этом месте. Ты думаешь, я не знаю…
— Я ценю мясной рулет, — сказал я.
— Ну же, Си. Не играй со мной в эту игру. Я знаю, что произошло. Быть здесь нелегко.
— Легче не бывало, — сказал я.
Джерри потер лоб. У него были огромные квадратные пальцы с плоскими ногтями.
— Хорошо. Ты возьмешь бонус, который я тебе даю.
— Да, да — сказал я. — Оставь это для своей жены и детей, Джерри. Или на пенсию. Чтобы поехать куда-нибудь.
Джерри рассмеялся.
— Ребята, как я, не уходят в отставку, Си. Мы работаем, пока не сдохнем.
— Тогда, полагаю, увидимся на финише, — сказал я.
— О, поверь мне, я буду там задолго до того, чем ты понюхаешь его. Наслаждайся мясным рулетом.
Я забрался в свой грузовик и бросил контейнер на сиденье.
Не секрет, что произошло на горе. Рассказ следовал за мной как проклятие. Иногда люди находили связь со мной, иногда нет.
Мне понадобилось добрых двадцать минут ехать лесом, грунтовыми дорогами, по дорогам с твердым покрытием и еще грунтовыми дорогами, чтобы вернуться в свой дом.
Я по-прежнему ненавидел заходить в это проклятое место. Я всегда сидел перед домом в течение нескольких минут после долгого дня, уставившись на него.
Я помотал головой.
Потом схватил свой ужин с пассажирского сиденья и вошел внутрь.
Полутеплый рулет с холодным пивом наполнил мой живот достаточно быстро. Я помылся и переоделся из одной рубашки в другую, и снова проголодался.
Мой образ подходил к тому месту, где я жил. Густая борода, спутанные волосы, широкие плечи и грубые руки от того, что таскал чертовы деревья не менее шестидесяти часов в неделю. Что не соответствовало образу — это татуировки. Но они были из другой жизни. Я не мог стереть их так, как мой разум привык делать с другими вещами.
Я сделал бутерброд и поднялся по лестнице на чердак хижины.
Где она собиралась написать свой первый из многих бестселлеров.
Я сел за стол и достал карту. Я развернул и разровнял ее руками. Приклеил уголки лентой, чтобы она не свернулась. Уголки были приклеены столько раз, что они стерлись и надорвались.
Существует ряд знаков и рисунков на карте, которые были понятны только мне. Я приложил палец к карте, где стоял мой домик. Затем я посмотрел на черный крестик, где были каменная скамья и ива. Может быть, в четверти мили отсюда, если что. Вот где был этот чертов хребет.
Я работал сам вниз по хребту, насколько это было возможно.
Но этого было недостаточно.
Этого совсем не было достаточно.
Этого, блять, не было достаточно.
