Впереди торцом к привокзальной площади стоял трехэтажный немецкий опорный пункт, контролировавший все подходы и широкую улицу, ведущую к центру города. С верхнего этажа гулко и громко замолотили пулеметы. Расчеты не жалели патронов, били длинными очередями.
Прохор осмотрелся и понял, что подтянулись отставшие бойцы. Теперь их было значительно больше, нежели несколько минут назад. Значит, и задачи им следовало ставить покрупнее. Красноармейцы притихли, ждали его сигнала, по которому должны были выдвинуться вперед.
В тылу немцев послышалась интенсивная стрельба. Это разведчики Велесова подползли к ним вплотную и завязали бой, отвлекая на себя внимание.
– Федоров на связи?
– Так точно, товарищ майор!
– Дай мне его. Ну что, боги войны, давайте-ка, подсобите нам. Без вас никак! Трехэтажное здание на перекрестке дорог видите?
– Видим, товарищ майор, – ответил командир батареи капитан Федоров.
– Там пулеметчики засели. Житья не дают. Ударьте по фрицам из всех стволов, чтобы эта домина по камушку рассыпалась!
– Сейчас сделаем.
Прозвучали несколько залпов из восьми полковых пушек. Здание брызнуло обломками кирпичей, внутри детонировали боеприпасы. Прогремевший взрыв сорвал черепичную кровлю, обрушил две смежные стены. Они погребли под собой фрицев, находившихся в строении.
Бурмистров махнул рукой – мол, вперед! – пригнулся и устремился к развалинам. С правой стороны от него тянулись два длинных строения. Майор слегка замедлил бег и прицельно бросил гранату в оконный проем. Она глухо бабахнула внутри здания, швырнула через всякие дыры облака поднятой пыли.
С обеих сторон затрещали автоматные очереди. У разрушенного здания завязался ближний бой, но скоро затих. От немецкого опорного пункта осталась лишь груда битого почерневшего кирпича. Где-то по сторонам и позади громыхала война, раскидывала раскаленное железо, а здесь, на клочке земли, называемой станция Староленко, установилось едва ли не затишье. Теперь это место красноармейцы могли считать тылом.
«Сейчас передохнем немного и пойдем далее», – подумал командир батальона.
Навстречу ему шел капитан Велесов, улыбаясь во весь рот, перепачканный гарью. Он был в бушлате, надетом поверх бронированного жилета, и в каске, чуток спадавшей на запотелый лоб.
– Живой! Знаешь, что-то у меня все внутри свербело, – проговорил Михаил Велесов. – Мало ли что…
– А ты меньше думай о плохом! – довольно резко прервал его Бурмистров. – Давай посмотрим, что у нас тут. Вперед нужно топать, пока немец не очухался.
Офицеры спрятались за бетонную закопченную стену, изрядно побитую многочисленными осколками. Немного поодаль лежал перевернутый обгоревший вагон. Разбитые стекла валялись повсюду и блестели осколками льда.
Майор Бурмистров вытащил схему, нарисованную на обычной кальке, и сказал Велесову, плюхнувшемуся рядом:
– Пробиваемся к северным фортам, – майор ткнул пальцем карту, на которой были изображены оборонительные сооружения, загораживающие проход в центральную часть города. – Расчищаем пулеметами и пушками дорогу, а за нами уже дивизия пойдет. Не в первый раз. Ты идешь вот по этой улице, а я – по параллельной. Перемещаемся до самого конца и встречаемся вот на этой площади.
– Я у тебя хотел спросить. Ты думаешь о Полине прямо сейчас, когда тебя может не стать?
– Не самое подходящее время ты выбрал для душещипательных бесед.
– Все-таки ответь. Для меня это важно.
– Хорошо, отвечу. Я ее никогда не забывал, чтобы вспоминать. Тебя устраивает такой ответ?
Тут в сопровождении нескольких автоматчиков через дымовую завесу с «ППШ» в руках прошел командир дивизии генерал-майор Дмитрий Баканов. Еще не отошедший от недавнего боя, он выглядел возбужденным, глаза его блестели азартом, бушлат был разорван на рукавах.
– Видел, как вы их тут долбили. Красиво, ничего не скажешь. Я со взводом автоматчиков был вот в этой точке. – Он показал на схеме участок, расположенный западнее парка «Виктория». – Хотели мы развить наступление, но не смогли, встретили яростное сопротивление немцев, засевших в каких-то подземных сооружениях. Засечь, откуда именно они стреляли, так и не удалось, но огонь был очень сильный. Подняться фрицы не давали, отползать пришлось. В этом районе у них очень серьезная маскировка. Подземные укрепления сливаются со снежным покровом. А снега за прошедшую ночь навалило немало. Ставлю, майор, твоему батальону вот какую задачу. Нужно разведать систему огня немцев, установить, сколько их, где именно они залегли, какое стрелковое вооружение применяют, как укреплены огневые точки. В общем, все, что только возможно. Потом, исходя из этого, определить самые уязвимые точки, штурмом овладеть укрепленным районом, дать возможность пехоте продолжать наступление. Задача ясна?
– Так точно, товарищ генерал-майор! Сколько у меня времени?
– Тянуть мы не можем. Чем раньше ты возьмешь укрепрайон, тем лучше. Даю тебе шесть часов на подготовку. Не больше!
