– Там вентиляционная шахта. Через нее можно проникнуть в форт. Странно, что немцы здесь даже охранение не выставили.
– Какая там глубина?
– Как минимум на три этажа вниз уходит.
– Как по-твоему, какова должна быть численность гарнизона? – продолжал допытываться Бурмистров.
– Исходить надо из метража, учитывать помещения для складов с продовольствием и боеприпасов. Жилые помещения должны быть человек на двести. Думаю, что никак не менее. Но большая часть гарнизона сейчас сосредоточена с другой стороны, где идет перестрелка. Мы зайдем практически незамеченными.
– Значит, вентиляция проходит через все этажи, да? Так получается?
– Именно так, иначе будет повышенная загазованность. Они ведь даже артиллерию в помещения перетащили.
– Как работает вентиляция?
– Думаю, что в автоматическом режиме. Как только загазованность превышает допустимые нормы, срабатывает какой-то прибор, и вентиляция включается.
– Понятно. Да, ты прав. Попробуем взять форт через вентиляцию. Сделаем так. Одна моя рота пролезет через шахту, ввяжется в бой и рассредоточится по этажам. Потом пойдут все остальные, в том числе и ты со своими разведчиками. Совместными усилиями добьем всех, кто там находится. Из форта немцы выйти не сумеют, сразу попадут под встречный огонь снаружи. Им некуда будет бежать. Мы забросаем их гранатами.
– В форте может быть тоннельное сообщение с соседним.
– Да, может. Поэтому поступим так. Я зачищу от фрицев верхние этажи, а ты со своим взводом пройдешь на самый низ и займешься теми фрицами, которые находятся там. Даю тебе для поддержки взвод огнеметчиков. Лейтенант Юнусов, поступаешь в распоряжение капитана Велесова.
– Есть! – коротко ответил девятнадцатилетний лейтенант.
Небо было сырое, стылое. Облака сплелись в замысловатые кружева. Не понять, что за погода. То вдруг все замрет в полнейшем безветрии, а потом опять повалит снег. Неожиданно в узком просвете темных облаков показалась ущербная луна, щедро окрасила матовым серебром здания, обглоданные разрывами.
Тяжелая артиллерия лупила от всей души, желала продырявить небо, превратить его в решето. Где-то ей даже удавалось добиться своего. В некоторых местах еще совсем недавно серели перистые облака, а теперь отчетливо были различимы темные дыры, через которые просматривалась безбрежность. За серой мглой пряталась луна. Она то и дело кокетливо выставляла мертвенно-желтый бок для всеобщего обозрения.
Прозвучал слаженный залп советских полковых пушек. Маскировочная сеть боязливо колыхнулась, обнажились подземные сооружения.
Майор Бурмистров попридержал сеть и швырнул противотанковую гранату в широкий жестяной зев вентиляционной трубы. На какие-то секунды все смолкло. Окружающее пространство застыло, вслушивалось в неизбежное. Потом где-то глубоко под землей прозвучал грохот, отголосок которого несильным эхом достиг поверхности.
Сильный взрыв разворотил вентиляционную шахту. Обломки кирпичей были раскиданы. Большой кусок стены откололся и упал внутрь. Стал виден кусок лестницы, круто сбегавшей вниз. Проем застилала поднявшаяся пыль, пахло жженым толом.
Прохор дернул кольцо лимонки и швырнул ее вниз. Было слышно, как она гранеными боками бьется о твердые каменные ступени. Потом гулкая волна взрыва вырвалась через дыру, едко дохнула гарью.
– Вперед! – скомандовал майор Бурмистров.
Бойцы нырнули прямо в темное облако дыма, смешавшегося с поднятой пылью. За ними бросились Прохор и его разведчики. Через стену дыма Велесов вдруг заприметил слабый огонек и, не мешкая, дал длинную диагональную очередь по нему.
Бойцы, стуча сапогами по бетонному полу, преодолели коридор, загрохотали вверх по лестнице, устремились вниз. Здание наполнилось многочисленными голосами. Повсюду грохотала стрельба. Трудно было понять, где находились свои и чужие.
С внешней стороны форта натиск русской пехоты усилился. На уровне второго этажа что-то крепко долбануло. Через грохот завязавшегося боя было слышно, как на землю посыпались разбитые кирпичи.
C тыльной стороны, спрятавшись за плотную дымовую завесу, артиллерийский расчет батареи штурмового батальона прямой наводкой лупил по толстым стенам крепости. Из форта ожесточенно и часто отвечали пушки. Немецкий гарнизон продолжал отбиваться на две стороны. Судя по плотности огня, в крепости становилось все жарче.
– За мной! – поторопил Велесов своих разведчиков.
Спустившись на один пролет, Михаил увидел убитого бойца, подсвеченного тусклым светом лампы. Он крепко сжимал автомат, не желал расставаться с ним даже в смерти. Пуля пробила шею навылет. Велесова удивило огромное количество крови, вытекшее из худенького тела.
Немного подальше лежали еще два трупа, уже немецкие пехотинцы. Каски слетели с окровавленных голов. Один из убитых был совсем юнец, второй – мужчина плотного сложения. Ему было крепко за шестьдесят, на острых скулах выступала седая щетина. Капитан мимоходом отметил внешнее сходство.
«Не иначе как дед с внуком», – подумал он, тут же периферическим зрением увидел бледную тень, обломившуюся на ступенях, среагировал мгновенно, юркнул за угол.
