Маркиза продолжала пребывать в плохом настроении до самого отъезда Мелентия и Анны из усадьбы. Сама она задержалась, сославшись на усталость и невозможность ехать верхом.
— Я уже послала за коляской, — пояснила она, когда Олег предложил ей воспользоваться его экипажем.
Князь распорядился приготовить чай и пригласил гостью в гостиную.
— Как славно все выходит у Мелентия, — заметил Олег, чтобы нарушить повисшее в комнате молчание.
— Вы правы. И с женой ему повезло, и ребенок скоро родится. Можно ли желать большего?
Олег улыбнулся, но ничего не ответил.
— А ведь Мелентий моложе вас, князь, — после небольшой паузы произнесла Маркиза. Говорила она несколько натянуто, словно тщательно подбирая слова.
— И что с того? По-вашему, он не имеет права на это счастье?
— Нет, нет! Я хотела сказать совсем другое.
Маркиза вдруг встала, обошла вокруг кресла князя, остановилась. Наклонилась вперед, так что локоны ее рыжих волос коснулись щеки Олега. Нежная женская ручка коснулась плеча молодого князя и пару раз сжала его, будто разминая.
— Я хотела сказать, что и вам бы пора уже подумать о семье. Ведь не может же быть такого, чтобы в округе не было ни одной девушки, которая была бы достойна составить вам партию!
Олег поймал шаловливую ручку, откинулся на спинку кресла, запрокинул голову. Посмотрел на лицо Маркизы, чуть дольше положенного задержав взгляд на пухлых губах. Скользнул взглядом по вырезу ее платья, на вкус молодого князя слишком откровенного и совершенно неуместного в их глуши.
— Несомненно, вокруг меня есть достойные девушки. Но, мне кажется, я еще не готов осчастливить предложением одну из них. Да, я старше Мелентия, как вы заметили. Но я еще не настолько стар, чтобы принуждать себя к браку.
Олег выпустил ладонь Руфины Модестовны и сел в прежнюю позу, устремив взгляд на поднос со сладостями и чаем перед собой. Маркиза прикусила губу, в задумчивости разглядывая его затылок. Ей показалось, что Олег просто не понял ее намека. Но очень скоро эта догадка сменилась уверенностью в том, что князь все прекрасно понял и… только что отказал ей.
В зеленых глазах Маркизы промелькнула обида.
— Не желаете еще чаю? — любезно поинтересовался Олег.
— Да, конечно, — отозвалась Маркиза, погруженная в свои мысли.
Девушка медленно обошла вокруг кресла, медленно присела на край соседнего. Взяла чашку, сопроводив словесную благодарность очаровательной улыбкой. Молодой князь улыбнулся в ответ. И по его реакции Руфина Модестовна поняла, что ничем не выдала своих чувств, и Олег даже не заподозрил того чудовищного плана, что только что родился в голове его гостьи.
Скудный скарб и провизию тащили на себе. Так же как и бурдюки. По три на брата. Лошадей пришлось оставить на заставе. Они бы просто не выжили в этой пустыне несколько дней. Песок, испепеляющее солнце, сухая жара, сменяющаяся пронизывающим ночным холодом. Но, что было хуже всего, на протяжении нескольких дней путникам не встретилось никаких оазисов! Василий вздохнул: оставалось только догадываться, каким образом бедуины могли передвигаться верхом.
Отерев со лба проступившие капельки пота и прилипшую к ним песчаную пыль, молодой человек посмотрел налево. На востоке разгоралась заря, а значит, пришло время подыскивать место для дневной остановки.
— Беллами! — окликнул молодой человек спутника. Было уже достаточно светло, чтобы заметить, как доктор Кло молча поднял голову, давая понять, что слушает. Василий продолжил: — Не видишь ничего подходящего?
Уточнять, что именно и для чего должно подходить, кузнецу не потребовалось. За минувшую неделю они с доктором научились понимать друг друга с полуслова.
Вдвоем было не так страшно по ночам, когда пустыня вдруг оживала после долгих часов мертвого жаркого затишья: гудела, шипела, выла на все известные ей дикие хищные голоса. Да и днем, когда солнце раскаляло поверхность и миражем начинали казаться окружающие камни, колючки, а порой и собственное тело, поддержка другого разумного и разговаривающего существа была полезнее и сказывалась благоприятнее, чем пара глотков подтухшей теплой воды. И именно из-за того, что ему так повезло с другом, Василий до сих пор сомневался, что доктор Кло предложил участвовать в этой авантюре, что фигура Беллами в паре десятков шагов от него — это не очередная жестокая насмешка пустыни.
На вопрос спутника доктор Кло ответил отрицательным мычанием. Однако по прошествии нескольких минут, когда ночной мрак отступил еще больше, Беллами сам окликнул Василия и указал на груду камней, возвышавшуюся справа. Не сговариваясь, путники повернули к камням, понимая, что иного укрытия на этот день им не найти.
Камни оказались осколками скалистой породы. Большая часть из них была слишком мелкой, и прилегали они друг к другу слишком плотно, чтобы хотя бы один человек мог найти среди них укрытие от солнца. Однако после более тщательного осмотра и небольшой физической работы, Василий сумел организовать место для себя и доктора.
