Прикрываясь голыми зарослями, группа штабников стала перебегать поле. На левом фланге прорывавшихся частей всё ещё шла интенсивная перестрелка, над головами бегущих то и дело свистели пули, а какой-то шальной снаряд, угодив в заросли, рванул там, разбросав во все стороны шипящие осколки. Однако никого из командиров даже не зацепило, и они благополучно достигли дамбы.
Сама дамба представляла собой довольно высокую земляную насыпь и служила хорошим укрытием. Впрочем, никто там задерживаться не собирался. Как оказалось, за дамбой штабных командиров ждали осёдланные лошади. Подбежавший коновод передал капитану Седых повод, и он, в своё время прошедший курс верховой езды, одним махом вскочив в седло, почувствовал себя гораздо увереннее.
Через каких-то пару минут штаб, превратившийся в малый отряд кавалерии, зарысил по слабо накатанному просёлку. Довольно быстро всадники нагнали ушедшие вперёд артиллерийские запряжки и дальше двигались одной колонной. Одновременно по обе стороны просёлка начали появляться разрозненные группы бойцов, и Седых, как только перестрелка на левом фланге малость утихла, стало казаться, что прорыв вроде бы удался.
И вдруг откуда-то спереди долетел истошный выкрик:
– Танки справа!..
Седых увидел, как из-за посадки, явно намереваясь отрезать задержавшуюся колонну, выползают четыре танка. Было понятно, что немцы фланговым ударом стремятся закрыть образовавшуюся брешь. Появление танков вызвало некоторое замешательство. Артиллеристы рванули было вперёд, но потом, резко взяв влево от просёлка, начали разворачивать пушки. В то же время часть пехотинцев беспорядочно побежала назад, а там, где, видимо, были командиры подразделений, бойцы принялись спешно окапываться.
При виде танков кавалеристы-штабники поначалу тоже сбились в кучу, но громкая команда: «Рассредоточиться!» – заставила их порскнуть в разные стороны.
Седых понимал, что как только дистанция станет меньше, танковые пулемёты откроют огонь и, заметив невдалеке кустарник, поскакал туда. Он успел вовремя. Когда раздались первые очереди, капитан уже был пусть в ненадёжном, но всё же укрытии, и здесь, за кустами, опасность представляли только шальные пули, поскольку прицельно стрелять по нему было невозможно.
Тем временем танки усилили огонь, и их снаряды начали ложиться близко от едва успевших занять позиции батарей. Почти сразу послышались ответные выстрелы пятидесятисемимиллиметровых противотанковых пушек, легко узнаваемые по характерному звуку. Артиллеристы били точно. Из своего укрытия Седых видел, как сначала вспыхнул один танк, затем, получив прямое попадание, безжизненно замер второй, и тогда два оставшихся стали отползать назад к посадке.
Обстановка на поле боя резко сменилась, и капитан, решив, что у него есть шанс, с места погнал карьером. Примеру Седых последовали другие конники, и в результате на просёлок уже за артиллерийскими позициями вылетело десятка два всадников. Казалось, что теперь они вот-вот вырвутся их кольца, но едва успев об этом подумать, Седых резко осадил коня.
Впереди, всего лишь в нескольких сотнях метров, наглухо перекрывая путь возможного выхода, разворачивалась немецкая батарея. Капитану стало ясно, что удар танков с фланга был отвлекающим и имел задачу дать время для занятия выгодных позиций. Через минуту-две немцы ударят картечью, и как-то пытаясь выйти из зоны возможного обстрела, Седых рванул повод.
Конь отчего-то заартачился и, пытаясь с ним справиться, Седых краем глаза заметил, как с тыла на приготовившуюся к стрельбе немецкую батарею налетел неизвестно откуда взявшийся эскадрон. Немцы стали поспешно разворачивать орудия, но конники уже ворвались на позицию, и там началась рубка. Пехотное прикрытие батареи бросилось на помощь своим, и тогда Седых, вскинув автомат, поскакал прямо в образовавшуюся свалку.
Едва успев дать пару очередей по заметавшимся немцам, Седых вдруг увидел, как у повёрнутой боком пушки возник всадник и, высоко подняв шашку, призывно завертел ею в воздухе. Капитан, только сейчас поняв, что это подошла помощь извне, взмахнул автоматом, выкрикнул:
– Прорвались!!! – А затем дал шенкеля, на радостях посылая своего коня сразу в намёт…
Старший лейтенант ГБ Белозубов сидел на стволе поваленной взрывом яблони и тщательно растирал ногу. Рядом стоял пикап с распахнутыми настежь дверцами, но лезть в пропахшую бензином кабину особист не хотел. Сейчас Белозубов просто отдыхал, наслаждаясь минуткой покоя, выдавшейся в общем сумбуре отступления. Правда, долго сидеть одному ему не пришлось. Перепрыгнув через покосившийся плетень, вернувшийся с совещания капитан Битов, тоже уселся на яблоню.
Белозубов обратил внимание, что начальник держит под мышкой какой-то завёрнутый в мешковину тючок, но спросил главное:
– Что решили?..
– А что тут решать? – Битов вздохнул. – Задача та же, только надумали идти отдельными частями.
– Какими ещё отдельными? – удивился Белозубов.
