Ноги отказывались служить Белозубову, идти было страшно тяжело, но он упрямо шёл и шёл, опираясь на толстую суковатую палку, а рядом с ним семенила Дуся. Вот только выглядели они не так, как обычно. Гражданская одежда сильно изменила обоих, вдобавок заросший седоватой щетиной Белозубов вообще выглядел стариком, зато Дуся в своём сельском наряде вполне могла сойти за местную дивчину, если бы не одно отличие. Как принято в русских деревнях, она несла узелок с пожитками, подвешенным к лежавшей у неё на плече хворостине.
Ноги совсем налились тяжестью, и Белозубов, глянув кругом, сказал:
– Погодим малость, мне, девка, того, передохнуть надо… – и грузно опершись обеими руками на палку, остановился.
Заметив, что лицо Белозубова исказила гримаса, Дуся всполошилась.
– Ой, да как же вы дальше пойдёте?..
– Я-то пойду, – Белозубов покосился на Дусю. – А вот с тобой тово, всё может быть, вдруг какой Ганс прицепится?
Несмотря на сильно заметную усталость, его спутница выглядела очень миловидной, и Белозубов вздохнул. Разговор на эту тему был не первый, но как и раньше Дуся отрицательно замотала головой.
– Не уговаривайте. Я под немцем не останусь. Всё равно пойду…
– Ну, смотри. – И Белозубов в который раз на всякий случай прощупывавший настроение девушки, вдруг сказал: – Может, там и капитана своего встретишь.
– Нечего меня обнадёживать, нету его при штабе, искала, – и, хлюпнув носом, девушка отвернулась.
– Я тоже искал, – спокойно сказал Белозубов и сообщил: – На самолёте твой капитан улетел, по заданию, а что не вернулся, сама видела, в дороге мы были. Так что вполне возможно он ещё тогда фронт перелетел.
– Правда? – обрадовалась Дуся и вытерла ладошкой глаза.
– Правда, – заверил её Белозубов и, перехватив крепче палку, пошёл дальше.
Так по пустой дороге они проковыляли почти километр, прежде чем услыхали шум мотора катившей им навстречу машины.
– Никак немцы! – Дуся испуганно схватила Белозубова за рукав.
– А кто ж ещё? – спокойно отозвался Белозубов и отступил на обочину.
Ждать пришлось недолго. Почти сразу, кренясь на ходу, из-за поворота вывернулась помеченная ярким крестом немецкая санитарка и, разбрызгивая оставшуюся после недавнего дождя грязь, пронеслась мимо. Белозубов проводил её взглядом и вроде как с облегчением сказал:
– Ну, девка, кажись дотопали, передовая рядом…
– А мы-то теперь как?.. – и Дуся, не скрывая тревоги, вопросительно посмотрела на Белозубова.
– Тут, девка, надо подумать, – отозвался тот и, опершись на палку, зачем-то начал осматриваться.
Какое-то время Белозубов молча сопел, прикидывая, как всё складывается. Собственно, вариантов было всего два. Или продолжать идти по дороге и точно нарваться на патруль, или попытаться обойти зону боёв. Карты у особиста не было, но ещё раньше, едва заехав в урочище, они с Битовым обсуждали пути возможного отхода, и сейчас вроде бы один из них был подходящим. Придя к такому выводу, Белозубов вздохнул и решительно зашагал в сторону недальнего перелеска.
Миновав посадку, Белозубов с Дусей выбрались на просёлок, который, похоже, вёл вдоль предполагаемой линии фронта, и пошли по нему. Судя по всему, немцев здесь не было, и Белозубов почувствовал себя увереннее, считая вдобавок, что он с Дусей, как бредущая куда-то парочка цивильных, вряд ли вызовут подозрение. Однако Белозубова тревожило другое: фронт наверняка должен был вытянуться вдоль реки, а где и как переправиться через неё, особист не знал.
По так удачно подвернувшемуся просёлку Белозубов ковылял часа два, одолев за это время километров пять-шесть. Идти особисту становилось всё труднее, но, когда Дуся пробовала ему помочь, он упрямо отстранялся, лишь всё сильнее и сильнее налегая на палку. Однако ноги всё же требовали отдыха, и в конце концов Белозубов сдался. Добравшись до очередной посадки, он остановился и, опершись спиной о ствол дерева, на минутку прикрыл глаза.
Впрочем, стоять так долго Белозубов не собирался, да оно и не получилось. Дуся отчего-то принялась теребить его за рукав, и особист встрепенулся.
– В чём дело?
– Так вон, смотрите, к нам идёт кто-то… – испуганно сказала девушка и кивнула головой на просёлок.
И верно, к ним спокойно подходил человек, в котором с первого взгляда угадывался окруженец. Задержавшись возле стоявшего у дерева особиста, окруженец каким-то елейным голосом произнёс:
– Мир вам, добрые люди…
– Чего тебе? – неприветливо отозвался Белозубов.
– Хотел спросить, не видали ли вы военных…
– Тебе-то они на что? – и особист окинул взглядом подспудно вызывавшего неприятие окруженца.
– Хочу заблудшие души на путь истинный направить…
– Ну, так направляй…
Поняв, с кем имеет дело, Белозубов кивнул Дусе и, оттолкнувшись от дерева, пошёл дальше. Однако окруженец неожиданно увязался за ними. Чуть поотстав и приноровившись к медленному шагу Белозубова, он начал монотонно бубнить:
– Господь ниспослал нам испытание… Для многих война закончилась… По-разному… Милосердие спасло меня от гибели… Смириться надо… В народе разброд, люди мечутся… Но кто сохранил рассудок, должны указать путь к спасению…
