Конечно, купаться мы не пошли. Песок был теплым у камней, и вполне хватило плаща, который изредка носил Марк, и который он кстати прихватил с собой. Неужели планировал?
На открытом воздухе чувствуешь все иначе, есть в теле особая легкость, хотя в постели я смущалась гораздо меньше. А Марк к тому же был необыкновенно игрив и весел. Он то нежно кусался, то щекотал меня, то шептал на ухо такие слова, что я краснела, как свекла. Это был другой Марк: способный ухаживать, ласковый и светлый. Наверное, раньше он был таким всегда.
— Долгая остановка, — тихо сказал супруг, теплыми ладонями вызывая прекрасный трепет в теле. — А потом долго плыть. Поэтому я тебя измучаю, малышка.
— Ага, — отозвалась я, жмурясь от его страстного напора. — Что угодно. Что хочешь…
— Всё-всё? — хмыкнул он, и сухость ветра сменила чудесная горячая влажность. Так снова открылась наша магия, которая не нуждалась в подпитке извне.
Который день океан был черным, а небо — желтым. Марк говорил, что на севере часто можно увидеть такие небеса, но даже Торми не мог объяснить цвет воды.
— Возможно, водоросли, — сказал он. — Или течения приносят с запада волшебные воды. Слышали о таких?
— Говорят, это как-то связано с Терикой, что за Солнечным океаном, — сказал Смайл. — Оттуда приходят эти туманы, шторма и черные воды.
— Неизведанные земли, — кивнул Торми. — Было бы у меня две жизни или никаких дел в этой, я бы туда непременно отправился. Вот только ребята не все согласились бы. Сами понимаете, путь опасный, а что впереди — непонятно. У них ведь у многих семьи на Арате.
Как выяснилось после, у нас было двое новых матросов.
— Пришлось взять, потому что братья-близнецы Лёр и Люк куда-то смотались. Скорее всего, захотели по земле побродить, покуролесить. Странно только, что не предупредили никого. Ничего, вернутся домой с попутным кораблем.
Новые моряки оказались молчаливые и упорные, но единственные среди всех не с Аратских островов. За них поручился Мур, сказав, что когда-то с обоими ходил на боевом корабле.
Теперь мы старались не тратить воду зря, и порой Дайра, которая, оказывается, владела магией стихий, практиковалась в превращении соленой воды в пресную. У неё хорошо получалось, вот только после каждого такого колдовства девушка теряла сознание и подолгу отсыпалась под боком у Смайла.
Вскоре стало ясно, что ветра нас не слушаются. Теперь ветер был встречный, да притом такой, что слезы из глаз выжимал. Перестала благоволить и погода. Мы то попадали под ужасный ливень, то встречали шторма, отбрасывающие корабль прочь. И так каждый день — ни солнца, ни помощи от воздуха.
— Это слишком сильное волшебство, — сказал Марк. — Даже мы с Габи, зовущие предков, справиться не сможем. Наверняка этот бог очень постарался, чтобы его найти не смогли.
— Кто же создал карту? — спросила я. — Человек, побывавший там?
— Трудно сказать, котенок. Ты бы стала рассказывать кому ни попадя о таком месте?
— Смотря что там спрятано и как этим можно распорядиться. И ещё зависит от самого человека.
— Верно. Предполагаю, что первооткрыватель был магом, но вот что с ним стало — не знаю.
И снова черная вода и желтое небо. Снова вяленое мясо, сухофрукты и орехи. Конечно, моряки ловили рыбу, и больше всех в этом преуспел один из новых парней, Керри. Молчаливый, серьезный, он отлично нырял и беспрекословно выполнял все приказы. Второй, Антон, был веселым и общительным, сдружился с остальными и особыми навыками не владел.
Уже под вечер нам с Марком стало как-то нехорошо. В животе бурлило, подташнивало, и накатила дикая слабость. Выйдя из каюты узнать о самочувствии остальных, мы выяснили, что вся команда чем-то отравилась. Причем гадость явно не планировала выходить наружу, как её ни пытались вывести… Работать в таком состоянии никто не мог, просто не было сил. К тому же при отравлении нужно больше пить, а вода была на вес золота. К сожалению, Смайл и Дайра тоже отравились. Не затронула гадость только Мура, который был на дежурстве, котов, кормившихся отдельно, и Кулька, проспавшего обед.
Так как глубина позволяла, мы встали на якорь и принялись искать подходящие микстуры. Однако несмотря на наличие зелий, отрава держалась в животе крепко, выкручивая нутро и оставляя во рту привкус чего-то протухшего. Пока все лежали где попало, пытаясь так и сяк вызвать необходимые процессы, Мур вместе с Торми осматривали запасы. Тут-то и выяснилось, что все наше мясо обросло каким-то едва заметным налетом. Конечно, никто не обратил на него внимания, ибо пахла еда по-прежнему приятно и вкус не изменился. Но Торми углядел эти полупрозрачные крошечные капельки, которых быть не должно, и пришлось весь огромный запас убрать в мешки.
— Боюсь рыбам отдавать, — сказал капитан. — Лучше не сердить духов черных вод.
