Всеобщее недовольство было настолько сильным, что Киёмори пришлось вернуться в Хэйан. В 1181 году он умер. Разжался железный кулак, в котором он держал Японию, и междоусобица вспыхнула снова.
«По всей стране воины встают на брань, и нет такого места, будь то на западе или востоке, на севере или юге, где не шли бы сражения. Страшно слышать, какое множество людей погибает!» – так говорит о тех временах престарелый поэт.
И в своем, казалось бы, надежном убежище – на священной для японцев земле Исэ – Сайгё создал стихи потрясающей силы о бедствиях своего времени.
Войска Тайра были разбиты наголову. В 1185 году феодалы под водительством Минамото-но Ёритомо нанесли им последний сокрушающий удар в битве при Данноура. У Сайгё были многочисленные дружеские связи с людьми из рода Тайра. Теперь ему пришлось узнать об их гибели, и картина этой гибели походила на видение ада, столько в ней было нечеловеческого ужаса.
Существовало поверье, что мир живых отделяют от потустороннего мира горы Сидэ-но яма («Ведущие в смерть»). И через эти горы, пишет Сайгё в своих стихах, идут несметные вереницы убиенных воинов.
Лирика Сайгё говорит о том же, что народный эпос того времени, но народный эпос широк, как море. Танка Сайгё о бедствиях войны – короткие вспышки молний.
В 1190 году Сайгё скончался в полнолуние весеннего месяца «кисараги», как он когда-то пожелал в одном из своих стихотворений.
«Горная хижина» («Санкасю») – само название содержит глубокий и емкий смысл. Разворачивается длинный свиток, и перед нами проходят не только картины природы, но и вся жизнь поэта-странника. Горная хижина – временный приют на пути. Горы сами по себе прекрасны, а для средневекового японца они населены мифами и легендами, в них живут древние боги. Для читателя приобщение к прекрасному и неизреченному начиналось уже с названия книги.
Горную хижину мы видим во все времена дня, ночью и днем, на восходе и на закате. Друзья забыли к ней дорогу, а как хочется иногда поговорить с кем-то, кто тебе по душе. Особенно зимой, когда снег замел все тропы.
Кругом теснится бедное селение. Люди ушли в горную глушь не по своей доброй воле, они обречены жить здесь, в хижинах, крытых травою. Весной, когда все работают на полях, не умолкают голоса соловьев. Иногда слышны голоса детей, пронзительный писк соломенной свистульки.
Но вот поэт уходит из своей горной хижины, чтобы прийти в другую… Длится цепь танка, долгая, как сама жизнь.
До сих пор остается не вполне ясным: составил ли эту знаменитую книгу сам поэт или его ученики? Быть может, она плод труда многих людей? Как бы то ни было, немало стихов приобщалось после смерти поэта – из кладовых памяти, или же найдены были стихи, начертанные рукой самого Сайгё, и их стремились уберечь от забвения.
В дневнике одного монаха осталась запись о том, что автограф «Горной хижины» действительно существовал и погиб при пожаре в книгохранилище монастыря.
«Горная хижина» содержит более тысячи пятисот стихотворений, из них семьдесят семь принадлежат другим поэтам. Соучастники поэтических диалогов – известные стихотворцы или безымянные: «некий человек». Получив танка по какому-нибудь случаю, полагалось послать «ответную песню» («каэси-ута»).
Стихи в «Горной хижине» расположены тематически, по образцу «Кокинсю».
Сначала идут времена года, от первого его дня до последнего: «Весна», «Лето», «Осень», «Зима». Потом небольшой цикл «Любовь». И наконец, «Разные песни», на любую тему. Там собраны стихи о любви и странствиях, философские размышления, «горестные заметы» о трудных временах. Танка, написанные, казалось бы, на самые жгучие темы современности, смотрят на века вперед.
Вслед за основным составом книги в современных изданиях следует небольшое приложение: стихи, записанные по памяти или на слух учениками Сайгё. Именно здесь сохранились замечательные стихи о войне и аде, цикл «Детские забавы».
Всего в разных списках и вариантах до потомства дошло две тысячи с небольшим стихотворений Сайгё.
Согласно давней традиции, стихам предпосылаются краткие заголовки или развернутые вступления. Иногда это всего лишь одно слово «кукушка», «луна». Краткие заголовки часто писались по-китайски, но японская проза явно побеждает. В цикле стихов об аде проза великолепна, по стилю она напоминает хэйанские романы.
При помощи заголовков стихотворения группируются в циклы: «Десять зимних песен», «Пятнадцать песен о цветущих вишнях». Сообщаются подробности о том, когда и по какому поводу сложено стихотворение. Или просто помечено – «Без заглавия».
