Я стояла за спиной миссис Карнеги, чуть поодаль от стола, и украдкой рассматривала жениха и невесту, одетую в кружевное свадебное платье цвета слоновой кости, — этот цвет вошел в моду после свадьбы королевы Виктории, выбравшей его для своего подвенечного наряда. Однако новая миссис Карнеги чуть изменила традиционный фасон, добавив каскад оборок на юбку и шотландские кружева ручной вязки на лиф. Также согласно обычаю, получившему распространение благодаря королеве Виктории, невеста украсила гладко зачесанные каштановые волосы венком из флердоранжа, символа девичьей чистоты, и мирта, олицетворяющего любовь и домашнее счастье. Этот венок из нежнейших цветов очень шел ей и придавал невинную прелесть ее в целом простому, невыразительному лицу. Из тех же цветов был составлен невестин букет, и они же стояли в серебряных вазах по всему праздничному столу. Столовую наполняли насыщенные цитрусовые и пряные ароматы, и казалось, будто благоуханное лето шагнуло с улицы прямо в дом.
Гости, сидевшие за столом, застеленным белоснежной льняной скатертью с бельгийскими кружевами и сервированным новым фарфоровым сервизом с выгравированными серебряными инициалами молодоженов, подняли бокалы. Струившийся в окна столовой солнечный свет превратил красное каберне в сверкающие за хрустальными гранями рубины. Жених наклонился к невесте, та смущенно зарделась, не поднимая глаз, и они одарили друг друга нежным, застенчивым поцелуем. Возможно, впервые за все время знакомства.
Зазвенели бокалы, и как по команде открылась дверь. Мистер Холируд и двое лакеев подали первое блюдо: запеченных устриц. Гости — весь высший хоумвудский свет и двое дальних шотландских родственников, которых приодели по случаю торжества и усадили на дальнем конце стола, — сразу же оживились и приступили к еде. Я внимательно слушала, не скажет ли кто что-нибудь интересное, но все разговоры были сосредоточены на свадебной церемонии и пышном пиршестве, приготовленном для гостей.
В перерыве между сменами блюд отец невесты откашлялся и встал. Миссис Карнеги бросила обеспокоенный взгляд на своего старшего сына. Я тоже не понимала, что происходит. Мистер Коулман уже произнес первый тост за жениха и невесту, и этим его роль в застолье должна была ограничиться. Кажется, он собирался снова выступить с речью.
Мистер Коулман поднял бокал.
— Не каждому выпадает удача выдать дочь замуж в семью, которую ты изначально считаешь почти родней, особенно если это семья из далекой, но дорогой сердцу Шотландии. — Он сделал паузу, давая гостям отсмеяться. — Но нам с миссис Коулман повезло. Мы рады, что породнились с семьей Карнеги, и я хочу выпить за наш плодотворный союз.
Плодотворный союз? Я понимала, на какую именно плодотворность намекал мистер Коулман, однако чуть было не рассмеялась, подумав и о другого рода «плодотворности» — результате объединения предприятий мистера Коулмана и мистера Карнеги, союза металлурга и нефтяника. Это была одна из немногих сделок, которую мистер Карнеги, инвестировавший и в разработки нефти, заключил без участия мистера Скотта и мистера Томсона.
Мистер Коулман и старший мистер Карнеги подняли бокалы, салютуя друг другу, и я поняла, что этот тост адресовался не новобрачным. Моя хозяйка буквально лучилась улыбкой, глядя на старшего сына. В ее глазах, как и в глазах мистера Коулмана, старший мистер Карнеги был героем сегодняшнего торжества не в меньшей степени, чем его младший брат.
Мистер Холируд и двое его подопечных лакеев унесли устриц и подали новое блюдо — салат с мясом омара. В следующие два часа сменилось еще семь блюд: салат с ананасом, королевский бульон, жареная говяжья вырезка под соусом из хрена, тушеная спаржа со шпинатом, фрикадельки из форели, фаршированные баклажаны и жареная куропатка под хлебным соусом. Гости нахваливали угощение, восхищаясь изысканным вкусом и разнообразием, а мне это роскошное пиршество виделось в совсем ином свете. Для меня оно ничем не отличалась от обстановки самого «Ясного луга», как мне ее разъяснил мистер Карнеги: каждое блюдо сообщало гостям о респектабельности и богатстве хозяев дома.
На десерт в первую очередь должны были подать свадебный торт. Однако мистер Холируд и его подручные лакеи расставили на столе серебряные подносы с кофейными пирожными и канапе с икрой, сырным суфле и клубникой со сливками. Такой сбой в тщательно разработанном расписании привел в ярость мою хозяйку. Я поняла это по тому, как она сжала губы и расправила плечи. Но она не могла допустить, чтобы гости подумали, будто в ее доме — да еще в день свадьбы сына — что-то пошло не по плану, и продолжила беседовать с миссис Уилкинс как ни в чем не бывало. Словно именно эти блюда и планировались для первой смены десерта.
