— Довольно споров, вы оба. Ты знаешь, Эндрю, что меня восхищает грандиозный размах твоих замыслов, но давайте не будем забывать: без нас, железнодорожников, многие из этих планов не принесут никаких плодов, — вмешался мистер Томсон.
— И давайте не будем забывать, что без меня этих планов не было бы вовсе, — ответил мистер Карнеги. Он не собирался отступать перед этими влиятельными людьми и подчиняться их воле.
В библиотеке воцарилась тишина, и стало слышно, как тикали каминные часы. Кажется, разговор джентльменов зашел в тупик. Будет ли продолжение? И не слишком ли я задержалась, упустив возможность ускользнуть незамеченной? За дверью послышалось шевеление и звуки шагов. Я попятилась прочь и почти сразу на кого-то наткнулась.
Испуганно обернувшись, я увидела мистера Карнеги. Должно быть, он вышел из библиотеки через вторую дверь, расположенную возле камина.
— Клара, вы подслушивали? — прошептал он.
Я отшатнулась так резко, что ударилась плечом о стену. Он рассердился, застав меня в коридоре? В его голосе не было злости, но меня напугала его яростная перепалка с мистером Скоттом и мистером Томсоном. Я поняла, что совершенно не знала этого человека. Он оказался изменчивым, как
Я быстро придумала оправдание:
— Нет, я пришла кое-что взять по поручению вашей матери. Мне надо поторопиться. Она меня ждет.
— Стало быть, вы не слышали моего разговора с мистером Скоттом и мистером Томсоном?
— Нет.
— И упустили прекрасную возможность. — В его голосе явственно слышалось разочарование.
— В каком смысле?
Я совсем растерялась. Мне с трудом верилось, что он и правда хотел, чтобы я слышала этот малоприятный разговор.
— У нас разгорелся достаточно бурный спор о контрактах Пенсильванской железнодорожной компании с «Юнион айрон миллз» и «Кистоун бридж». Я довел до их сведения, что намерен добиться успеха любой ценой. Я не остановлюсь ни перед чем, и их тоже ничто не должно останавливать, если они собираются вести бизнес со мной.
— Мне жаль, мистер Карнеги, что я не слышала этого разговора. Прошу меня извинить. Мне действительно надо идти, чтобы не заставлять ждать хозяйку. — Я сделала реверанс и чуть ли не бегом бросилась к лестнице для слуг, стремясь скорее подняться в относительно безопасную спальню миссис Карнеги. Уж лучше получить выговор от хозяйки за то, что не смогла принести ей книгу, чем предстать перед джентльменами в библиотеке.
Поднимаясь по лестнице, я размышляла о том, как по вечерам, в уединении своей спальни, после долгого дня, проведенного в заботах о капризной и требовательной миссис Карнеги, я опять начала думать о мистере Карнеги не только как о наставнике в вопросах бизнеса и финансов. При свете дня я гнала от себя эти мысли, чтобы они, не дай бог, не возникли в его присутствии. Следовало соблюдать равновесие, чтобы удерживать зыбкий баланс между сменой ролей, которые мне приходилось играть ежедневно. Ролей, от которых — как я неустанно напоминала себе — зависело благополучие моей семьи. И теперь, когда обнаружилась изменчивая натура мистера Карнеги, я была вынуждена прилагать еще больше усилий, отгоняя эти мысли. Я и так словно шла по натянутому канату и понимала, что должна ступать еще осторожнее, потому что в любую минуту этот канат мог дернуться и оборваться по прихоти одного человека.
— Клара, пожалуйста, позаботься о гостьях. Эта погода подпортила их туалеты, — сказала миссис Карнеги, когда в дом вошла небольшая компания хоумвудских дам, прибывших в «Ясный луг» на чаепитие с вистом.
Дождь хлынул внезапно, и гостьи успели промокнуть до нитки за те считаные секунды, пока дошли от своих карет до крыльца.
— Дамы, прошу за мной. — Я указала на главную лестницу, ведущую на второй этаж, где миссис Карнеги держала роскошно обставленную гостевую спальню, оснащенную всем необходимым как раз для подобных случаев. Поднимаясь первая, я то и дело оглядывалась на ходу, проверяя, идут ли они следом. Слушая их причитания о жуткой погоде, я вспоминала родной Голуэй, где проливные дожди шли чуть ли не ежедневно, и поражалась тому, насколько изнеженны и капризны эти великосветские леди.
Миссис Питкерн, миссис Уилкинс и миссис Коулман вошли за мной в спальню, оформленную в светло-зеленых тонах. Миссис Питкерн сразу же прилегла на кушетку, чтобы отдышаться после подъема по лестнице — ее тугие корсеты не позволяли ей сделать и десятка шагов без отдыха. Миссис Коулман уселась за туалетный столик с большим зеркалом в позолоченной раме и принялась поправлять свою сложную прическу. Может быть, она и не умела вести беседы, но в модных прическах знала толк. Я взяла щетку и предложила миссис Уилкинс стряхнуть капли с ее платья цвета лаванды, и все дамы тут же попросили позаботиться и об их платьях тоже.
