— Место гарнизонного мага, — продолжил он, — пустовало не долго, на него был принят один из учеников лорда Хевендиша, и некоторое время все было спокойно. Лет двадцать. Мистер Сейнвор, оставшись без наставника, по большей части магическую науку изучал самостоятельно, основываясь на записях, монографиях и учебниках, оставленных лордом Хавендишем. Он был человеком глубоко увлеченным наукой, а девушки, если и восхищали его, то исключительно красотой черепа, что, согласитесь, никоим образом не могло послужить его успеху у слабого пола, а потому мистер Сейнвор оставался одинок, но едва ли страдал от одиночества, полностью посвятив себя магической науке. Энтузиаст своего дела, так говаривали про него все, кто был знаком с мистером Сейнвором, хотя по факту действительно близко его не знал никто. Однако всем было известно, что мистер Сейнвор многократно посылал запрос в столицу, с просьбой позволить ему поступить в Магистрат, но ввиду отсутствия достаточных сил и способностей, каждый раз получал отказ.
— Что, несомненно, ранило его как человека преданного магии и являющегося поистине энтузиастом своего дела, — мрачно произнес профессор Наруа.
— Увы, — согласился мистер Оннер. — И в одну ночь из порта вышла Черная шхуна.
Помолчав некоторое время, наш бывший пират продолжил:
— Оглядываясь назад, я понимаю, что лишь одна вещь на тот момент остановила правительственное решение полностью уничтожить береговое братство — констебль Давер…- мистер Оннер вдруг как-то напрягся, сел ровнее, посмотрел в тарелку перед собой, и словно не веря в сказанное, договорил: — Констебль Давернетти.
За столом воцарилось совершеннейшее молчание.
— А вот имени не припомню, — продолжил мистер Оннер. – Я, как уже сказал, был еще молокососом, по меркам братства, и на совет всех капитанов и их помощников допущен не был, так что говорить могу лишь о том, что услышал позднее, когда по тавернам слух прошел. Говаривали, молодой констебль задал только один вопрос: «Нападение на данные корабли было для вас рентабельно?», и получил честный ответ. И вот после этого облавы прекратились, а констебль занялся вплотную военно-морским гарнизоном. Черную шхуну нашли через несколько дней, и она была бело-голубой, как и любой военный корабль империи. Белые паруса, голубая корма, только вот экипаж на ней был тощий и дерганный. И констеблю немного магии потребовалось, чтобы увидеть, что в действительности на ней происходило, когда… никто ничего не помнил.
Я была шокирована до глубины души. Я была шокирована настолько, что едва ли могла дышать. Мой цветок, что отстраненно рисовала, давно был перечеркнут несколькими нервными рваными линиями, моя душа пребывала в смятении, в отличие от разума.
Разум ученого просто провел логическую параллель – лорд Давернетти, если именно он и был тем констеблем, вероятно именно по этой причине, до последнего не верил в то, что убийцей является лорд Арнел. Он уже сталкивался с ситуацией, когда виновник казалось бы был очевиден, но разгадка крылась глубже…
— Эти люди, эти… — попыталась сказать я.
— Моряки? — правильно понял меня мистер Оннер. — Не помнили ни о чем. Время от времени шхуна плавала вдоль побережья, пока мистер Сейнвор «изучал флору и фауну», и это было единственным, что моряки знали. О том, как убивали по приказу мага, о том, как нападали на корабли — не помнили ничего. Абсолютно. Потом, спустя какое-то время, портовые шлю…
— Мистер Оннер!
— Прошу прощения миссис Макстон. Женщины портовые, мисс Ваерти, вспоминали, что моряки эти по ночам просыпались с воплями, кошмары их терзали. Еще пили они много в увольнительных. Мясо есть не могли, особенно если сырое видели или кусками — воротило их. Но это все потом уж вспомнилось, что-то может и приписали, кто тут разберет.
Все что мне сейчас хотелось спросить, это «Зачем?». Просто зачем? Ради чего? В чем был смысл?
И на мой невысказанный вопрос как-то подавленно очень ответил профессор Наруа:
— Он желал молодости.
Мы все посмотрели на мага, а тот, тяжело вздохнув, пояснил:
— Научные писания порой… без должного уровня знаний, можно трактовать совершенно иначе. Он желал молодости. Вероятно, в трудах лорда Хавендиша он нашел упоминание о том, что можно продлевать свою жизнь за счет юных особ твоего пола. Формулировка довольно расплывчатая, и для тех, кто не ведает нюансов она, боюсь, может иметь разное понимание. Мне встречались те, кто искренне считал, что съев сердце своего врага, можно обрести его силу. Возможно, мистер Сейнвор счел это разумным и действенным, а потому выбирал те корабли, на которых было много юных сердец. Дамы, прошу прощения, боюсь, я окончательно испортил вам аппетит.
— А вы это умеете, портить все! – высказалась миссис Максон.
Но в ее язвительном замечании было столько же растерянности, как собственно и у нас всех.
— И получается, остальных кромсали, чтобы никто ничего не понял? — задумчиво произнес мистер Илнер.
— Получается, что так, — согласился с его мнением профессор Наруа.
— Ох, мистер Оннер, как хорошо, что ушли вы оттудова! — воскликнула Бетси.
