— А я не думаю, что все так просто, — вступил в разговор мистер Оннер. — Знаете ли, когда я еще юнгой на Бравом корсаре был, вначале самом, появилась близ наших портов Черная шхуна, как мы ее называли, она же Корабль Смерти, Призрачный убийца, и… да много там чего было, из названий, в каждой таверне одно хуже другого придумывали. Так суть в чем — корабль выплывал под черными парусами, и с черным флагом без доброго старого Роджера. Вырезали всех, подчистую. Потрошили практически. Помнится, встретили мы один такой корабль дрейфующим, а сигналов тот не подавал никаких. Как подплыли… за всю свою жизнь не блевал столько, на корабле даже крыс не нашлось живых.
— О, Господня Сила, мистер Оннер! — воскликнула миссис Макстон.
— Вынужден просить прощения, — ничуть не извиняясь, произнес повар, — однако из байки слов не выбросишь. Страшное они творили. Жуткое. Дикость не иначе. Кто ж в здравом уме совершит такое? Тут понаехало констеблей, полиция, морская полиция, много кого понаехало. Да только я уж рассказывал — пиратское братство это только с первого взгляда беспредел и беззаконие, а по факту у нас законы по строже государственных, и убийства ради убийств – это не пиратский почерк, тут другое что-то было. Начали искать потихоньку, и заприметили странное дело – не выгодно было на эти корабли нападать. Ну вот никакой с них прибыли! Товары дешевые, либо мало, а вот кого много — так это парней, на каждом корабле по обычно берут одного-двух юнг на обкатку, а на этих по три-четыре было. И вроде оно мелочь, с первого взгляда, да только за такие мелочи мозг и цепляется, если цепляться больше не за что. А так уже две зацепки – первая, не наши это действовали, мы за прибыль, а тут грабить было нечего. И второе – что ж за странность с юнгами? И мы затихарились, договор заключили и пару месяцев на голодном пайке держались, но держались решительно. А военные все пытались облаву устроить, вот тогда-то третья зацепка обнаружилась – кто-то в морской полиции крысой был, потому как едва на облаву шли, и всё, Черная шхуна и на горизонте не покажется.
— Друг мой, — профессор Наруа, в задумчивости почесал подбородок, — уж не намекаете ли вы на то, что, в Вестернадане кто-то намеренно пытался внушить лорду Арнелу мысль о его причастности к…
— Не намекаю, — криво усмехнулся мистер Оннер, — прямо говорю.
Все посмотрели на меня, я же высказалась:
— С мнением мистера Оннера я согласна полностью, более того – дальнейшие события лишь подтвердили это, но… Мистер Оннер, что с кораблем? Чем дело завершилось?
— Ох, мисс Ваерти, — мистер Оннер смущенно кашлянул, однако взгляд мой выражал решимость выслушать все до конца, и, сдавшись, повар начал рассказ: — Во времена, когда империя еще почитала магов старой школы, гарнизонным магом близ Виргских островов южнейшего оплота нашей государственности был не слишком почтенный магистр Хевендиш. Набожным он не был, как впрочем и большинство людей избравших путь магии, а так же являлся человеком необузданным, нечестивым, жестоким, склонным ко всяческим злым проделкам, которые редко заканчивались благополучно, а так же искренней любовью к мальчикам.
— Мистер Оннер! – возмущенно воскликнула миссис Макстон.
— Не в том смысле, — поморщился бывший пират, — вечно вы о своем, о добродетели, в которой нет места простому чувству привязанности. Лорд Хевендиш любил юношей исключительно по одной причине — он считал, что может пробудить в них искру знаний и магии, в то время как женщин воспринимал особями ограниченными, едва ли наделенными способностями, и имеющими не более прав, нежели скотина на скотном дворе. А потому лорд Хевендиш прослыл беспутным негодяем, склонным к насилию и похищению девиц далеко не с самыми благочестивыми намерениями, что в конечном итоге привело к его смерти, потому как у каждой обиженной девицы рано или поздно обнаружится отец, брат или возлюбленный, а то и все вместе, и тогда горе придет даже самому сильному магу. Скажу я вам так, мисс Ваерти, было бы желание, а способ убить всегда найдется. Так произошло и в тот раз — терпеть бесчинства негодяя долго не стали, и в один день стража гарнизона обнаружила труп лорда Хевендиша, сильно истрепанный и изодранный в клочья его собственным верным псом. Как это случилось, спросите вы? И я вам отвечу — прежде чем приобретать пса у заводчика, следует осведомиться, не похищали ли вы когда-либо дочь этого заводчика. А после, нанимая тренера для своего пса — следовало бы узнать, а не был ли он когда-то влюблен настолько, что женился даже на обесчещенной девушке. И последнее — отправляясь на охоту на болота, узнайте, не является ли ваш грум братом одной из несчастных?.. В любом случае, виновным в убийстве был пес, который не понес никакого наказания, потому как разве можно посадить на скамью подсудимых бездушное тупоголовое животное?
Миссис Макстон взирала на мистера Оннера в совершеннейшем потрясении, Бетти вовсе отодвинула от себя тарелку с едой, но… мы все готовы были внимать далее, и мистер Оннер не оставил нас страдать в неведении.
