За руль на этот раз посадили Андрея. Он, к моей легкой досаде, справлялся с коробкой передач гораздо ловчее меня и вообще рулил лучше. Впрочем, у меня давно не было практики, а последняя моя машина была с «автоматом». Зато можно по сторонам оглядеться. Срез выглядел безлюдным, но очевидно таковым не являлся — грунтовые дороги, если по ним никто не ездит, долго не живут. А мы катились по заросшей, но отчетливой колее среди нераспаханной степи. Пару раз в пределах видимости оказывались брошенные деревни, какие-то сельскохозяйственные строения, накренившиеся столбы с провисшими проводами и другие признаки того, что срез был индустриальным и еще не так давно обитаемым. Навскидку я бы сказал, что деревни опустели десяток-другой лет назад, не больше. Интересно, что здесь произошло? Спрашивать у Ольги не хотелось — она сидела впереди и выглядела очень холодно и отстраненно. Сидевший рядом со мной Борух имел кислый вид и поглядывал то на нее, то на меня, но ничего не говорил. Хотя было видно, что ему хочется.
Ехали довольно долго, и финишировали на большой вытоптанной площадке, окруженной высоким забором из стальной сетки с колючей проволокой вверху. В середине стоял большой квадратный навес из досок, под которым торчал из земли камень репера. Вокруг импровизированной площади раскорячились построенные вкривь и вкось сараи, поилки, прилавки и большие загоны. Похоже на рынок для скота. Сейчас он пустовал, но было видно, что место посещаемое — земля хранила отпечатки больших зубастых колес и множества ног, среди которых преобладали босые.
— Иди к реперу, — сердито, сквозь поджатые губы, сказала мне Ольга.
Я подошел. Мне не нравилось это место. Тут плохо пахло — нечищенным сортиром и какой-то тухлятиной — и вообще было нехорошо. Борух стоял мрачный и надутый, Андрей оглядывался по сторонам и качал головой.
— Сними координаты репера, посмотри сетку резонансов, построй маршрут сюда от Коммуны, и посмотри, куда можно уйти отсюда…
— Мы пойдем обратно резонансом? — спросил я.
— Делай, что сказано! — вызверилась на меня вдруг Ольга.
Ничего себе! В первый раз вижу ее в таком расстройстве. Обычно она себя гораздо лучше контролирует…
Снял координаты, прикинул топологию, соотнес с нашими картами. Получалось, что добраться сюда можно, хотя и кружным путем. Отсюда же есть хорошо
Рассказал, показал, даже нарисовал на листочке. Ольга выдернула его у меня из рук, долго изучала, листала свою записную книжку, что-то с чем-то сравнивала, хмурилась, кусала губы…
— Садитесь в машину, — наконец сказала она зло. — Мы возвращаемся.
Вечером впервые видел пьяного Боруха. Майор сидел на лавочке, был глубоко нетрезв и очень мрачен.
— Хочешь? — он протянул мне фляжку. — Мужик один делает дивную самогоночку чисто для своих. Никакого похмелья, проверено.
— Ага, — сказал я, подумав, что, кажется, знаю того мужика. Вряд ли есть еще один самогонщик — алкоголь в Коммуне ограничивался домашним вином и легким горьковатым пивом. Пить крепкое было не принято. А «не принято» тут имеет силу закона…
Отхлебнул из фляжечки, в голове с устатку сразу зашумело. Самогон был вкусный, но крепкий.
— Что случилось-то, Борь?
— Знаешь, впервые засомневался, на той ли я стороне. Подрастерял моральные ориентиры…
— Чего это вдруг? — поразился я.
— Да так, не бери в голову… Никто не идеален, и нигде не идеально. Просто лучше не знать, как оно все на самом деле и зачем. Держаться подальше от тех, кто выбирает из плохих решений самое выгодное.
— А ты?
— А я не удержался. Теперь по уши во всем этом и назад сдавать поздно…
— Как жена?
— Нормально. Вот-вот уже. А я тут… Эх…
— Держись, не раскисай, — сам себе не верю, что говорю это нашему стальному майору. — Я думаю, что скоро весь этот замес закончится. Сам знаешь — военная ситуация патовая, самое время начать уже переговоры…
— Да-да… — пьяно покачал головой Борух и чуть не сверзился с лавки. — Это ты, конечно, прав. Самое время. В том-то все и дело…
— Ничего себе тут перепахало! — глухо из-за шлема сказал Мигель.
Стена с дверью была в точности, как на отснятой автоматической кинокамерой пленке, но и только. Левую стену чем-то проломило, вывернув в помещение букет ржавой арматуры с кусками бетона на ней. Мигель, который кроме индивидуального дозиметра тащил с собой еще и военный измеритель, сунул в разлом палку с блоком детектирования и сразу отскочил в сторону — стрелка висящего на ремне прибора метнулась до упора вправо.
— Да что у них там такое? Атомная бомба?
— А это что? — спросила Анна.
