Глубоко вздохнув, Саша начала рассказывать. Все, с того самого дня, как исчезла мама. Она уже понимала, что ей самой нипочем не разобраться, не решить головоломку, в которой не хватает половины деталек. Так хочется сложить эту тяжесть с плеч! Надо рассказывать все как есть. К тому же здесь ей, похоже, верят.
Клара слушает, не перебивая, смотрит рассеянно-пристально своими переменчивыми глазами. Этот взгляд Саша подмечала и у Кассандры и у Саввы — он делал их немножко похожими.
— …и тогда я залезла в интернет и все узнала о вашем городе, и как до вас добраться.
— О нашем городе невозможно прочесть в интернете. — улыбнулась Клара.
— Ну… о Самородье. — уточнила Саша. — Я ведь туда ехала. А попала не знаю куда. Как, кстати, ваш город называется?
— Это-то меня и смутило! — встрепенулся Карл Иваныч, — Ни один человек не сможет сам, без посторонней помощи попасть в Музеон. А уж сохранить рассудок…
— Тс-с-с! — Клара прижала к губам длинный тонкий палец.
— Вообще-то мне помогли. — осторожно продолжала Саша, — Все началось с этого карлика. Каспара Хаузера.
— Плохо. — вздохнула Клара.
— Очень плохо. — эхом откликнулся Карл Иваныч.
— Раз уж мы прервали твой рассказ, можно я у тебя кое-что спрошу?
Саша кивнула.
— Как зовут твою маму?
— Ариадна. Но она предпочитала — Арина.
Клара кивнула с улыбкой.
— Вы с ней похожи?
Вот сейчас бы пригодились ее неумелые рисунки! Но альбом остался в рюкзаке, а рюкзак — в страшном доме…
— Говорят — похожи. Только она очень красивая.
Клара задумчиво кивала, пристально глядя на Сашу.
— А бабушка у тебя есть? — вдруг спросила она.
— Была. Папина. Она давно умерла. А других бабушек нет. И у мамы все умерли давно. Она не помнит своих родителей.
— Карл Иваныч, что думаете?
— Далеко не уверен! Кассандра узнала бы заранее и предупредила бы нас.
“Кассандра? При чем здесь Кассандра?" — встревожилась Саша.
— Послушайте, — устало проговорила она, — еще утром я и знать не знала о Самородье. Я гуляла, никого не трогала, а тут этот ряженый карлик… Я понимаю, у меня нет доказательств, он ведь утащил потом записку. Может я нарушила какой-нибудь закон, в сад этот влезла! Нельзя было, наверное… Но понимаете, я хочу найти маму. Больше мне ничего не нужно, честное слово! Наверное, в эту историю трудно поверить. — грустно закончила она.
— Я верю. — спокойно ответила Клара, — рассказывай дальше.
— Да я уже почти все рассказала. Я приехала в Самородье. Саша рассказала о разговоре со старичком-искусствоведом, о Каспаре, и о том, как влезла в чужой сад. Ее слушали, не перебивая. Пришло время рассказать о происшествии в доме Кассандры. И она бы рада! Но “…матери не увидишь и сама пропадешь” — стояло у нее в ушах.
— Ну и… я заблудилась. Еле выбралась на площадь Безобразова. А там все другое! Ни пристани, ни парома. Все исчезло куда-то. А потом появилась… — Она снова осеклась. Та девушка, Эола, просила никому о ней не говорить. И она обещала.
— …то есть, Савва появился. А дальше вы знаете. — дрогнувшим голосом закончила Саша, стараясь не смотреть в глаза Кларе. Она была уверена — та ее мигом раскусит. Она перехватила настороженный Саввин взгляд.
“ Кажется, он понял, что я что-то скрываю! Понял и молчит. А Карл Иваныч? Нет, не догадывается.”
Открылась дверь и Бэлла вкатила в комнату тележку, уставленную тарелками. Посреди тарелок гордо торчал огромный кофейник. По комнате поплыл аромат шоколада. Угощение на тележке показалось Саше довольно скромным — домашний хлеб, тарелка с сыром и фрукты. Но она не чувствовала голода. С ней так всегда — устанет, понервничает, и кусок в горло не лезет. Она помотала головой.
— Спасибо, я совсем не голодна.
— Ну тогда шоколаду выпейте, — не стала настаивать Клара.
Бэлла сунула Саше кружку. Она через силу сделала пару глотков и сразу согрелась, повеселела и даже отважилась на корочку хлеба. Хлеб показался ей очень даже вкусным, как-то сам собой к нему присоединился кусочек сыра, потом еще один…
— Смотри, не лопни!
Саша чуть не подавилась, закашлялась до слез.
Белая кошка лежала рядом на полу в позе сфинкса, сверлила ее наглыми голубыми глазами и рта не раскрывала. А голос явно принадлежал ей. Это было уже слишком. Саша поставила чашку на тележку.
— Вы это слышали? — она указала пальцем на кошачью морду. Клара растерялась слегка.
— О чем вы, деточка?
— О том, что вот это… животное постоянно лезет ко мне и хамит. И на площади тоже была она! А я уже решила, что у меня голоса в голове! — Саша остановилась, сообразив, что ее гневная тирада звучит как натуральный бред.
— Ты слышишь Молчун? — удивилась Клара.
— Так она еще и Молчун?
— Да. Она не умеет мяукать.
— Уж лучше бы мяукала. Трепло — вот ей подходящее имя!
Молчун обернулась на Сашу с обиженным видом.
— Подумаешь, пошутила разок.
— Вот опять! Не слышите?
Клара обменялась многозначительными взглядами с Карлом, Бэллой и Саввой.
— Вы думаете, я с ума сошла? — спросила у них Саша.
— Ни в коем случае. Ты просто слышишь анимузу. — спокойно ответила Клара.
— Кого? — не поняла Саша
Ей никто не ответил.
— Вы намекаете, что эта девица — подопечная Молчун? — удивился Карл Иваныч.
