— Разве что кухарку… но нет, не надо. Пусть живёт, раз ей так нравится!
— Об этом ещë поговорим. Так о чëм это я? Ах да, мне кажется, людям не дано понять всю красоту смерти. Убивать, знаешь ли, нужно не просто так, даже если голодна, а за дело. Умирают всегда за дело, и не умирают тоже. Мы вот живём, значит, есть за что. Вообще, мне кажется, мы не используем всех наших возможностей, как должно, впрочем, как и люди. Но у нас есть вечность или около того, чтобы во всём разобраться, а у них — нет.
Опять отвлеклась! В общем, да, ты представить себе не можешь, как я хотела бы лежать на том кладбище, в тишине и покое, под этими цветами, в самом сердце этой земли. Там, где прохладно, где никакие призраки прошлого не смогут меня потревожить. Где уже нет меня самой и моей памяти. Я уверена, что все люди хотят умереть. Не спорь, это так, — сказала она, хотя Бэт вовсе не собиралась с ней спорить. — Смерть ждёт всех, ведь это единственное, что гарантированно в жизни. И люди ждут её. Со страхом, но ждут. Как самое значимое и единственно важное событие на их пути. Ведь смерть даёт людям то, чего никогда не предоставит им жизнь — вечный покой и отдых. Хотя забавно будет, если всë-таки не даёт. Но кто же из нас может это проверить!
А ещë, подумай только: мы не просто люди, а сверхлюди. Сверхчеловеки со сверхспособностями. Мы можем всë, а ничего не делаем. Шварцзиле играет в карты и пытается очаровать светских дам, иногда успешно, иногда — нет. Я собираю кукол и придумываю себе развлечения на больную голову. Меня никакая дрянь не убьёт, я могла бы, например, помогать чумным городам, но я этого не делаю! А знаешь почему? Люди не хотят бескорыстной помощи, вот что ужасно! Если я делаю что-то для человека, это возвышает меня, его же, наоборот, принижает.
Я никогда не помогаю людям бескорыстно. Я могу только обратить их, вот мой предел. Это не просто помощь, ты ведь понимаешь, в чëм состоит вампирская связь. Может доходить до рабства, если не повезёт с вампиром-создателем. Но тебе, конечно, повезло со мной!
Да, вот такие вот мы, вампиры, ничего хорошего в нас нет! Все мы — голимые эгоисты. Но кто не эгоист? Можешь ли ты выдумать такое действие, которое было бы абсолютно альтруистично? Отдай все свои деньги на благотворительность, анонимно, стань нищей и проси милостыню — думаешь, ничего не получишь взамен? Ошибаешься. Ты успокоишь свою зудящую совесть, сможешь утешаться сознанием своего благородства и бескорыстности. Очищение души и всë прочее. Всë равно есть личная выгода, иначе бы ты этого не сделала бы. Ты согласна?
— Вполне, — ответила Бэт, оторвавшись от ветки клёна. Она поочерёдно целовала каждый из ещë не успевших опасть листков.
— Поэтому, — подвела Астонция итог всему сказанному, — надо всë-таки проще относиться к жизни и к смерти, тем более что у нас нет ни того, ни другого. Хотя, если считать, что жизнь — это бурлящие в крови чувства, то всë возможно… Но нет, это слишком сложно для меня. В общем, я уже давно отбросила все иллюзии — пора бы обзавестись новыми! Ах, кстати, всё забываю сказать: устрой-ка мне хорошее пугало, чтобы прогонять этих мерзких птиц! Шварцзиле поработать в этой области отказался, как я его ни упрашивала!
Она зевнула и прислушалась.
— Кажется, это дочери Смаугеров почтили нас своим посещением. Нужно бы их встретить! Было приятно с тобой поговорить. Не хочешь ли осмотреть мою коллекцию кукол?
Бэт покачала головой.
— Если позволите возразить, не в этот раз, мисс. Я очень занята.
— Как скажешь.
Это и правда были девочки Смаугер. Джанетта выглядела слегка встревоженной.
— Мистер Шварцзиле дома? — первым делом поинтересовалась она.
— Здрасьте! Нет, кажется, он где-то, эээ, не здесь, — сбивчиво ответил Эдди, с интересом рассматривая девочек.
— Слава Богу! — воскликнула Джанетта. — Доложите мисс Дульсемори, что пришли сёстры Смаугер, она нас приглашала.
Эдди чуть побледнел, услышав фамилию судьи, и что-то недоброе промелькнуло в выражении его губ. Но он тут же взял себя в руки и гордо выпрямился.
— Я вовсе не…
— А Шварцзиле здесь, видимо, любят! — рассмеялась Астонция за его спиной. — Как ваше здоровье, мисс Джанетта? Я слышала, вы были больны.
— Всë в порядке, — сдержано ответила девушка. Она явно не по собственному желанию совершала этот визит.
— А что твой кролик, Эленира, он отыскался? — с участием спросила девочка. — Вроде бы, он куда-то пропадал.
Малышка печально покачала головой.
— Нет, но отец привёз мне нового.
— Это чудесно, — Астонция подумала о том, что Шварцзиле, полчаса назад отправившийся на поиски какого-то дурацкого белого кролика, будет сильно разочарован. Такой подвиг сорвался!
— Что ж, проходите. Эдди, помоги, пожалуйста, дамам с их накидками. Эдди — мой хороший друг, — торопливо представила она.
— Прошу прощения за допущенную ошибку, — смерила его презрительным взглядом Джанетта, вздёрнув кверху прямой нос, в точности отцовский.
Эдди позеленел и скрипнул зубами. За презрительный тон, а, в особенности, за прямой нос, так напоминавший его собственный, он сразу же возненавидел эту девицу.
