Александр Михайлович с раннего утра до второй половины дня находился в школе. В его кабинете стояла непроглядная завеса табачного дыма, висели портреты классиков и угрюмый Ильич. Часто звонили телефоны — наш директор был ещё и местным депутатом. Он создал коллектив независимых педагогов, которые не боялись высказывать свою точку зрения. Он жил проблемами школы и лично знал каждого ученика и родителя. На момент окончания мною школы в 2007 году Александр Михайлович шел на седьмой десяток и, вплоть до 2020 года, являлся первым и единственным директором.
Как он чувствует себя на покое? Дай ему, Боже, здоровья и открой Твоё Присутствие.
Снится мне безупречный наш директор. В своём пиджаке и больших очках, ссутулившийся, седой, интеллигентный. Дают звонок. Я вхожу в актовый зал и ахаю: в другие двери вместо учеников заходят наши монахини в полном составе и встают напротив трибуны. Александр Михайлович откашливается, обводит всех нас умным своим взглядом и говорит: «Дорогие сестры! Поздравляю вас с окончанием школы! Каждая из вас — круглая отличница! Хочу пожать вам руки!»
На этом сон заканчивается. Но одна матушка, услышав этот рассказ, задумавшись, добавила:
Хороший сон, мать Валерия. Ты в последнее время выпускников часто водишь на экскурсиях, вот тебе и приснилось, ассоциативный ряд. А как было бы здорово, если бы твой замечательный директор и вправду вручил нам аттестаты, в которых было бы написано, что мы прошли экзамен земной жизни и теперь все пойдём в Царство Небесное без экзаменов!
А Вы бы хотели получить такой аттестат?!
***
«Монахи — возлюбленные дети Господни!» — как говорится в одной из поговорок. Так как нас, людей, полностью посвятивших жизнь Господу, на свете, в принципе, немного, то мы, как кажется, находимся под более пристальным Его вниманием и покровом.
Кто не любит пирожки? Я таких людей ещё не встречала. На днях в монашескую трапезную привезли пирожки помянуть о здравии хорошую женщину, переживающую непростые времена. Раздали каждой присутствующей сестре по пирожку с рыбой и по пирогу с капустой. Они были такими аппетитными и горячими, что в сторону пюре и лечо никто не смотрел! Запоздавшим сестрам выдали последнее, и трапезница стала убирать со столов. Нежданно-негаданно открылась входная дверь и на пороге появилась уставшая мать Геронтия.
— Сестра, тут, говорят, пирожки давали… Я опоздала, слишком много работы сегодня было, еле управилась. Сестра-трапезница буквально за несколько минут до этого отдала последний пирожок матери Феодулии. Она после болезни нуждалась в подкреплении и получила добавку. Не бежать же и не отнимать?
— Ну, Мать Геронтия, про пирожки Вы теперь и думать забудьте! Их нет. Надо было Вам позвонить, предупредить, я бы Вам отложила. «В большой семье…», сама знаешь.
Мать Геронтия вздохнула про себя и посетовала про себя:
— Боже, мне вот пирожка не хватило. А я думала…
Через несколько минут переходя через соборную площадь мать Геронтия столкнулась со спешившей куда-то матерью Алипией.
— Мать Геронтия, прости, я тебя чуть не сшибла! Вот, возьми пирожок, мне дочка много привезла! — и протягивает свеженький ароматный пирог с малиной
Подходя к сестринскому корпусу обрадованная матушка Геронтия пропускает спускающуюся с крыльца послушницу Фотинью:
— Мать! Будешь пирожок? Я завтра причащаюсь, а в трапезной забылась и взяла пирог с рыбой. Вот, держи!
Удивилась мать Геронтия, но чудеса продолжились. Пришла она через пятнадцать минут в храм читать псалтирь, а к ней подходит старушечка и что-то протягивает:
— Милая, помяни сыночка моего, сегодня память ему. Я пирог испекла. С черникой.
Неловко стало матери Геронтии. Господь-то как её пожалел, было бы за что.
Но тут к ней подоспела сестра-трапезница и вручила пирожок с капустой:
— Мама, не обижайся, я нашла твой пирожок, его тебе кто-то припрятал и даже подписал. Не унывай!
***
Что такое! Уже вторую неделю не могу до мамы дозвониться! Сестрёнка говорит: у нее телефон сломался, а на новый денег нет.
— Сашулька, как же так! Она же директор! А клиенты с ней как связываются?
— По городскому номеру, но это, конечно, никому неудобно.
— Хм. Сапожник без сапог, директор без мобильности! Что-то надо делать.
Прошло два дня. Суббота. Молюсь на Божественной Литургии. Вдруг слышу в своей голове что-то вроде благословения на доброе дело: поезжай в город и купи маме телефон. — Как же я поеду? А послушание? — Но оно же у тебя через два часа, возьми такси.
Так и сделала. В «Связном» купила маме новенький смартфон. Но как его теперь в Петербург отправить? Иду с коробочкой по монастырю, народа полным полно, очереди в монастырском кафе. — Люди! Кто из Санкт-Петербурга здесь? Тишина.
Звоню вечером гостиничной:
— Матушка Паисия, у Вас петербуржцы есть?
— Есть, только что поселились.
