– Ох, милая, скоро ты снова меня увидишь. Но не в ближайшее время. Мне нужно повидаться с людьми, решить кое-какие проблемы. Я просто обязана сюда вернуться. У меня ещё остались тут дела. – Она берёт меня пальцами за подбородок. – Ты должна поверить – я там, где хочу быть, и всё просто замечательно.
– Замечательно? – Мне кажется, что сердце разлетается на части, и я давлюсь последними звуками. Джеймс, который молчит большую часть времени, касается моего локтя, напоминая о себе. – Замечательно? А нам тут было совсем не замечательно. Это было ужасно, хуже, чем что-либо. Я думала, что тебя где- то пытают. Я думала...
– Так и было, – беспечно говорит Урсула, не глядя мне в глаза, но я чувствую боль в её голосе. Это первые признаки той Урсулы, которую я знаю, – настоящей Урсулы, которая появляется, только когда она в безопасности. – Я пошла туда добровольно, и они проводили свои эксперименты, а потом не давали мне уйти. Получить эти щупальца было больно. А потом они забрали мою душу, и это было ещё больнее, так больно, что я думала, что умру. Так оно и было. Но в конце концов тогда же я стала свободной. Больше никаких тревожных мыслей и надоедливых эмоций. Больше никакого беспокойства о людях. Тебе тоже стоит попробовать, Мэри.
– Не знаю, где ты была, но ты же оттуда сбежала. И пришла сюда, прямо к моему дому. Люди тебя видели. Тут на всех машинах следы от щупалец. Это крик о помощи.
Урсула громко утробно смеётся.
– Ты так подумала? Что это крик о помощи? – Она смеётся снова, для равновесия уцепившись за ограждение, и вытирает глаза рукой. – Нет, нет, – говорит она. – Я просто немного повеселилась, встряхнула атмосферу. – Урсула вдруг хмурится, и её лицо становится совершенно серьёзным. – Я вернусь в Королевский город, и скоро. Я просто хотела, чтобы люди немного повеселились, прежде чем я их уничтожу.
– Что ты планируешь? – спрашивает Джеймс. – Может, мы с парнями тоже захотим поучаствовать.
Урсула задумывается.
– Может, расскажу позже. Я пока не готова. Мне нужно вернуться и получить больше.
– Больше чего? Сил? Власти?
– Больше магии, детка. – Урсула за считаные секунды превращается из человека в угря, огромную парящую медузу и снова в человека – так быстро, что этого легко можно было не заметить.
– Оборотень, – говорит Джеймс.
– Завидуешь? Уже не так доволен своим слабеньким голубым светом? – язвит Урсула. – Хотите знать, почему я здесь? Мне нужно было дать им понять, что если я вернусь, то только на моих условиях. Они не могут удерживать меня против воли. Если они хотят, чтобы я была с ними, им придётся играть по моим правилам.
– Так вот что это для тебя? – говорит Джеймс. – Игра? Похоже на игру для сумасшедших.
– Ох, Джейми. – Урсула поворачивается ко мне. – Мне жаль, что это тебя огорчило. Я честно не хотела, чтобы ты расстраивалась. Я знаю, что у меня к тебе были большие чувства. Я любила тебя.
– Любила? В прошедшем времени?
– Пригляди за мамой, Морджи и котами, пока я не вернусь, ладно? Проследи, чтобы мама ходила на приёмы, а Морджи ела, иначе обе могут умереть, – говорит Урсула так, словно это ничего не значит, словно ей будет всё равно, если такое случится.
Я всматриваюсь в её глаза, но становится только хуже. Она совершенно серьёзна.
Я пытаюсь в последний раз достучаться до неё настоящей, где бы она ни была. Она же не могла просто лишиться души. Её же нельзя отделить от тела, правда? Она должна быть где-то там.
– А что с твоей мечтой окончить школу, открыть реальный бизнес онлайн, зарабатывать деньги, купить дом? И, что ещё важнее, помочь восстановить Шрам. Куда ты уходишь?
Она берёт мои руки в свои. Ладони Урсулы, которые всегда были горячими как печка, похожи на холодные влажные губки.
– Я и пытаюсь восстановить Шрам. Перестань меня искать. Перестань искать Малли. Просто перестань. Если ты этого не сделаешь, то в конечном итоге нанесёшь Шраму смертельный удар.
Урсула всё ещё роскошная, фигуристая и округлая, как персик, но она больше не моя Урсула.
– Не уходи, – умоляю я.
– Не думай, что можешь так просто уйти. – Джеймс встаёт между нами.
– Не уходи! – Я чувствую себя так, словно она уже ушла, и боль последних нескольких дней превращается в пропасть, бездонную, как Чудо-озеро.
– Урсула! – кричит Джеймс.
– Увидимся на другой стороне, Мэри. Я ещё вернусь к своей матери, к сестре, к тебе и Шраму. – Урсула грациозно заходит в воду, и её ноги превращаются в щупальца. Мы с Джеймсом слышим несколько всплесков и остаёмся наедине с тишиной Чудо-озера и его поверхностью, гладкой как зеркало.
И тогда я понимаю, что знаю пароль Урсулы.
Я чувствую что-то вроде разочарования, когда оказываюсь права насчёт пароля.
«ШРАМ».
