Дорога так забита людьми, что я едва могу протиснуться сквозь парад масок в виде голов животных и девушек в радужных париках, танцующих и дрыгающих ногами. Когда я продвигаюсь дальше по дороге, передо мной выходит марширующий оркестр, играющий «Что происходит в Шраме». По воздуху плывут мыльные пузыри, и люди бросают друг в друга блёстки.
Когда мы подходим к сцене, я вижу повсюду растяжки:
«Кайла Аттенборо на пост мэра»
«Хватит – значит хватит»
«#большеникакихзлодеев»
«#смотринасвет»
«#всезаодного»
«#спасёмшрам»
Дорогие костюмы и пальто с меховой подкладкой, в которых Кайл Аттенборо обычно щеголял по городу, исчезли. Я даже не вижу его всегда отполированных до блеска ногтей. Кайл Аттенборо на фотографии не похож на короля Элит, и он также не похож на Наследника. Он выглядит как никто и ничто, как все и всё. Как один из нас, но лучше – как тот, кто способен нас спасти. Взгляд Кайла кажется проницательным, но в то же время мягким. Его снимали снизу, поэтому он похож на бога, но он также выглядит весьма... скромным?
Это самая большая лужа гоблинских соплей, которую я видела в своей жизни. Кайл – настоящий тролль в человеческом обличье. Нельзя изменить человека, надев на него скучную рубашку на пуговицах и убрав гель для укладки с его волос. Ничто и никогда не сотрёт образ Аттенборо в моей голове, его голубые глаза, холодные и бесчувственные, когда он послал своих приспешников за мной и Джеймсом. Кайла волновало только то, что мы можем выдать его секрет. Даже когда выяснилось, что он экспериментировал на детях Шрама, пытаясь вернуть магию, это ничего не изменило. Никому не было дела.
«Знаешь что? Мы должны его убить. Разве не замечательно будет порезать его на кусочки? Четвертовать? Отрубить ему голову?»
О, прекрасно. Ты вернулась.
«Я всегда была тут. Разве ты по мне не скучала?»
Нисколько.
«Ты лжёшь».
– Ну, идём, – Белла тянет меня за собой. – Если мы собираемся здесь остаться, давай подойдём ближе.
– Напомни взять тебя с собой на концерт в следующий раз, – говорю я.
Мой телефон жужжит. Это Джия проверяет, всё ли со мной в порядке. Обычно в это время она спит, но я уверена, что она не может отдыхать из-за шума снаружи. Я быстро пишу тёте, что всё хорошо, и мы продвигаемся вперёд.
Мимо проезжает пара на передвижной платформе. Мужчина подбрасывает женщину в воздух и снова ловит. Они смеются и обнимаются. Мы приближаемся к сцене, и толпу охватывает лихорадка, когда из-за кулис выходит Кайл Аттенборо. Он в том же костюме, что и на растяжках. Он выглядит мягким, деликатным и простым, как дружелюбный ковбой.
Женщина рядом со мной кричит, её лицо залито слезами.
Кайл машет рукой, чтобы успокоить толпу. Оркестр замолкает. Веселье затихает.
Мне хочется уйти. Я не видела Кайла Аттенборо с тех пор, как его головорезы меня преследовали, пытаясь перестрелять или взять в плен моих друзей. Я помню, что Кайл сказал мне прямо перед тем, как его увезли (как оказалось, очень ненадолго): «Ты думаешь, что спасла город, но на самом деле ты убила каждого его жителя».
А как насчёт того, что сделал он?
– Посмотрите на эту чудесную погоду. – Кайл Аттенборо улыбается и вскидывает руки. Облака расступаются, и солнце светит на нас впервые с тех пор, как злодеи сбежали.
Снова раздаются радостные возгласы.
– Спасибо, спасибо, огромное спасибо за то, что вы здесь. Это великий день для Шрама и для всех вас, и для меня большая честь быть здесь вместе с вами.
Раздаются оглушительные аплодисменты, но они быстро стихают.
– Я бы с удовольствием затянул приветствие, – продолжает Кайл, – но ставки слишком высоки, поэтому давайте просто приступим к делу. Нельзя терять времени. Сегодня я пришёл сюда, чтобы официально объявить о своей кандидатуре на пост мэра этого великого города.
Толпа взрывается, и проходит несколько минут, прежде чем Кайлу удаётся вернуть себе контроль.
– Я никогда не планировал этого делать. – Он поднимает руки, чтобы продемонстрировать свою невиновность. – Я думал: «У Королевского города есть свои лидеры, и они довольно хорошо делают свою работу, верно?»
Все вокруг свистят.
