– Тебя будут искать, – опрокидывает остатки водки в себя и со звоном ставит стакан на столешницу. – Или ты решил остаться в Астерлионе и построить счастливую семью с красоткой Илланой? – предполагает он, пристально глядя мне в глаза. – Но вот незадача: у вас в запасе не так уж много времени, чтобы насладиться друг другом.
– Чёрт, Мика, ну ты-то разумный человек, – раздражённо бросаю я. – Неужели веришь в эти байки про всесильное божество, забирающее женщин, управляющее мутантами и всем зверьем на планете?
– Не всем, – неожиданно серьезно отвечает он. – Популяции многих видов животных шершни истребили почти полностью.
– Это я знаю, – киваю.
– Аристей – не божество, это, конечно, враки. Но он – высший хищник. Так сказать, верхняя ступенька пищевой цепочки.
Я недоверчиво качаю головой.
– Поясни.
– Он заставляет подчиняться ему на инстинктивном уровне.
Внутри что-то холодеет.
– Ты видел его? – спрашиваю я, внимательно наблюдая за лицом Фостера.
– Разумеется.
– И что он такое?
Микаэль выбрасывает сигарету, как будто она вдруг стала невкусной.
– Мутант. Но разумный. Безо всех этих клыков и когтей. Внешне почти не отличается от человека.
Я молчу, обдумывая услышанное. Бред какой-то. Если бы такая тварь на самом деле существовала, то Корпорация открыла бы на него охоту в первую очередь.
– Бабы перед ним ниц падают, – продолжает Микаэль с неизменной усмешкой. – Ему даже насильно забирать никого не нужно.
Я в недоумении хмурю брови. Чем дальше, тем бредовее.
– Твоя тоже за ним побежит. Вот увидишь, – добивает Мика.
– Херня это, – категорично отрезаю я.
– Посмотрим, – пожимает плечами Фостер.
– Зачем ему женщины?
Мика бросает на меня мутный взгляд, сцепляя пальцы в замок.
– Думаешь, он нам объяснил? – иронично произносит он. – Может, жрёт их. А может, трахает.
Я недоверчиво хмыкаю, но внутри возникает мерзкое ощущение.
– Не своих же желтоглазых уродок пользовать, – продолжает Микаэль. – Любой мужик под собой хочет видеть смазливое лицо и красивое тело.
– Ты меня намеренно выбесить хочешь? – рычу я, подавляя желание вмазать ему ещё раз.
– Да на хрен надо, – ухмыляется он. – Ты спросил, я ответил.
– Ты сам сказал, что он мутант, – напоминаю на случай, если Микаэль забыл.
– Высший вид мутанта, если быть точным, – конкретизирует он. – Единственный в своем роде.
Я прищуриваюсь.
– А они, как мы все знаем, двуполые хищники, – продолжает обыденным тоном. – Размножаться не способны. Природа на этот счёт подстраховалась.
Я молча жду, что он еще мне выдаст. Уже устал охреневать. Обмозгую услышанное позже.
– А насчёт выбранных Аристеем красавиц знаю только одно – назад он их не возвращает.
Меня передёргивает от его слов.
– То есть анклавы платят ему дань женщинами, а он держит шершней на коротком поводке?
– Не только женщинами, – поправляет Микаэль. – Жители анклавов выращивают для них скот, ведут работы по строительству подземных ходов, возводят убежища и прочее.
– Ты сейчас серьёзно?
– Абсолютно, – кивает он. – У них же лапки, – кривит рот в насмешливой улыбке. – Что они могут своими клешнями? Только людей на части рвать.
– Но с какой-то целью мутанты нападают на старые военные объекты, – задумчиво произношу я. – И лапки им не мешают.
Микаэль внимательно смотрит на меня.
– Ты видел хоть раз мутанта на танке или с автоматом? – добавляю я, не дождавшись реакции.
– Нет, но они меняются, мутируют. И быстро, – растягивая слова, отвечает он. Я внутренне напрягаюсь, потому что лично видел изменения в поведении и внешнем облике шершней. – Так что я ставлю на то, что Аристей готовит свою армию к войне, но пока забивает свои склады оружием.
– Войне с Корпорацией? – мрачно уточняю я.
– Так, тебе срочно нужно еще выпить, – решает он. – Ты слишком трезво мыслишь.
Микаэль встает с места и, хрустнув шеей, шарит рукой под столом. Я слышу приглушённый звон стекла, затем он вытаскивает новую бутылку.
– Надо же, а я уже думал, что запас иссяк, – довольно скалится он, ловко откручивая крышку и разливая алкоголь в единственный стакан.
Я скептически смотрю, как уровень водки поднимается почти до краев.
– Давай до дна, а то я на твоем фоне чувствую себя пьяным в стельку. А это, знаешь ли, некомфортно, – Мика протягивает мне стакан и смотрит так, словно мой отказ его смертельно обидит.
Я не тороплюсь, задумчиво прокручивая в голове новые факты. Война. Дань. Армия мутантов. Всё это звучит дико, но… какая-то логика все-таки прослеживается.
– Эй, ты чего завис? Не задерживай тару, – подначивает Микаэль.
Вот же пристал! Поднимаю стакан и делаю крупный глоток. Горячая жидкость обжигает горло, но это приятное ощущение. По сравнению с тем бардаком, что творится в башке, оно почти неуловимо.
– В анклавах есть ещё пропавшие бойцы с Полигона? – задаю еще один стратегически важный вопрос, передавая другу пустую тару.
Микаэль медленно наклоняет голову, прищуриваясь, как будто решая, стоит ли говорить правду. Затем плескает в стакан водку на два пальца и, залпом выпив, серьезно смотрит мне в глаза.
– А как ты думаешь, откуда главы городов столько знают о Корпорации и Полигоне?
