– Да, Эрик, – голос Илланы дрожит от злости. – Этот ублюдок не просто держал нас в страхе. Он был единственным, кто защищал нас от заражения, не позволяя превращаться в тех самых тварей, которые рыщут за стенами, – она шумно выдыхает через нос, глядя на меня пылающим взглядом. – А ты… ты… разозлил его. Если мы не получим вакцину, через месяц мы начнем погибать… один за другим.
– Разозлил? – повторяю я, уставившись на дыру в черепе мутанта. – Покойники не злятся, Ила.
– Я же сказала: мы пытались. Пытались и не раз! Аристея нельзя убить, – едва слышно шепчет Иллана.
– Ты бы послушал ее, Эрик, – толкает меня в бок незаметно приблизившийся Фостер. – Твоя женщина явно знает побольше тебя.
– И что я, мать твою, должен услышать? – взрываюсь я, чувствуя, как мозг начинает медленно закипать. – Ты знал про вакцину? – резко оборачиваюсь к Микаэлю. Он стоически выдерживает мой пытливый взгляд. – В Севрине…
– Происходит то же самое, что и здесь. Во всех анклавах, Дерби, – с мрачной усмешкой подтверждает Мика. – Она говорит правду.
– Смотрите! – дрожащим голосом восклицает Иллана, указывая в сторону ворот.
Я резко оборачиваюсь, и в этот миг мой позвоночник превращается в ледяной стержень.
Тело Аристея, точнее того, что было им всего несколько минут назад, по-прежнему валяется у моих ног. Изуродованный труп мутанта лежит под открытым небом, голова расколота, кровь продолжает медленно стекать по каменной кладке, впитываясь в трещины и окрашивая в багровый цвет его одежду.
Но там, на пороге города, я вижу то, чего не может быть…
Площадь накрывает мертвая тишина. Люди замирают. Мои бойцы. Иллана. Микаэль. Девушки возле алтаря. Я тоже стою как вкопанный, отказываясь верить собственным глазам. Все взгляды устремлены на вошедшего в город.
– Так быстро… Он становится сильнее, – едва слышно бормочет Ила.
Ее голос пропитан страхом. Я инстинктивно загораживаю ее собой, неотрывно наблюдая, как высокая фигура, закутанная в медвежью шкуру, перевязанную грубой верёвкой, неумолимо приближается. Солнечный свет выхватывает детали: оголённая грудь, длинные белые волосы, развевающиеся на ветру, босые ступни, оставляющие отчетливые следы на снегу.
Его глаза… Жёлтые, раскалённые. Зрачки – вытянутые, как у змеи. И они смотрят прямо на меня.
Позади кто-то всхлипывает. Вероятно, кто-то из девушек, которые в отличие от сбежавших шаманов и старейшин, так и остались стоять на месте в ожидании своей участи… Словно знали, что он вернется.
– Это безумие, – срывается с моих губ.
– Открыть огонь, командир? – спрашивает один из бойцов. Ему вторят другие.
Краем глаза замечаю, как стоящий справа солдат невольно отходит назад. Другой, наоборот, судорожно перехватывает автомат, пальцы белеют на спусковом крючке. Пересилив страх, бойцы быстро группируются, беря на прицел грациозно и уверенно движущийся силуэт.
Моя голова гудит, сердце колотится в груди. Это невозможно. Я видел его смерть. Я видел, как разлетелась его голова, как вытекли мозги. Видел, как его тело… изменилось – само это казалось нереальным, но…
– Даже не думай, Эрик, – предупреждающе бросает Микаэль. – Будет только хуже.
– Пожалуйста, не надо стрелять, – сжав мои пальцы, с мольбой в голосе произносит Иллана. – Пулей его не остановить.
Аристей останавливается на расстоянии пары метров, с ядовитой насмешкой смотрит мне в глаза. Я холодею, не в силах разорвать сцепку наших взглядов.
– Дерби, – голос… тот же самый. Глубокий. Густой. Раскатистый. – Теперь ты готов к разговору? – Он делает шаг вперед, вибрация его мощной энергии проходит по моему телу электрическим разрядом.
– Блокировать проходы! – рявкаю я.
Металлический скрежет разносится в воздухе. Бойцы бросаются исполнять приказ. Аристей не двигается, уголки губ дергаются в надменной ухмылке.
– Хочешь устроить бойню, Дерби? Только знай – стоит мне захотеть, и кровожадные, жутко голодные «парни» за стенами разорвут этот город на куски. Так что хорошо подумай, прежде чем рискнуть тысячами жизней, – он презрительно фыркает, взглянув на валяющийся труп… свой труп, мать его.
Дотронувшись кончиками пальцев до лба, Аристей слегка кривится и снова смотрит мне в глаза.
– Фантомные боли, – объясняет он. – Очень неприятная вещь, знаешь ли, – лениво тянет и сокрушенно вздыхает, кивнув в сторону убитых питомцев. – А вот это ты зря. Я был к ним очень привязан. Они как дети мне.
– Ч…черт… – нервно сглатываю. – Ты… ты не можешь быть живым! Как ты это сделал? – хрипло спрашиваю я, стискивая ладонь Илланы в своей. Чувствую ее парализующий ужас как собственный.
– Что именно? Воскрес? – небрежно интересуется Аристей, вопросительно выгнув светлую бровь.
– Перевоплотился.
– Переместил сознание и трансформировал физическую оболочку – так будет вернее, но не это должно тебя сейчас беспокоить. – Он переводит взор за мою спину. И я рефлекторно напрягаюсь. – Она, – Аристей показывает пальцем на Илу. В узких зрачках пульсирует мгла и неоспоримая власть. – Моя. По праву обещанной дани.
– Я ничего тебе не обещал, – агрессивно бросаю в ухмыляющееся лицо.
