На секунду ей даже показалось, что она слышит рев мотора, но, открыв глаза, сразу поняла, что это был вовсе не рев мотора, а рычание ходячего мертвеца. Мужчина с обезображенным лицом и оторванной рукой находился от нее всего лишь в трех метрах. Катерина немедля схватила катану и одним взмахом снесла голову с плеч мертвеца. Затем она услышала еще рычание, а спустя несколько секунд увидела, как из-за сарая выходят еще четверо ходячих.
Девушка, не раздумывая, подбежала к мертвым и покромсала их на куски, а когда разобралась с ними, стала оглядываться по сторонам. Чуть позже она заметила, что со стороны леса в ее направлении движутся еще несколько силуэтов. Когда эти семеро ходячих подошли ближе, Катерина убила их тоже. После она, тяжело дыша, присела на крыльцо и продолжила наблюдать за окрестностями.
Уже пора было будить на смену Джессику, но Катерина решила этого не делать и остаться дежурить до утра. Не то чтобы она боялась за Джесс, просто посчитала, что уснуть после такого уже не сможет. Минуты и часы шли настолько медленно, что казалось, будто бы утро уже никогда не наступит. На протяжении всей ночи периодически из леса выходили ходячие мертвецы. В основном один или максимум двое, и то это было нечасто. За всю ночь Катерина умудрилась убить около трех десятков ходячих. Под утро, когда начало светать, девушка уже окончательно вымоталась, присев на крыльцо и, снова облокотившись на входную дверь, она прикрыла свои глаза. Как только Катерина это сделала, она тут же провалилась в сон.
Позднее в доме проснулся я. За окном уже светало. Меня очень удивил тот факт, что я проспал всю ночь. Тревога овладела мною. Первое, о чем я подумал, это почему меня так никто и не разбудил на дежурство. Я тут же схватил свой револьвер и бросился к выходу.
Когда открыл дверь, то увидел Катерину, всю забрызганную кровью, а рядом с ней – ее окровавленный меч.
Я тут же упал на колени и стал тормошить ее. Девушка медленно открыла веки и сказала:
– Твою мать, Ник, будь так добр, не тряси меня!
Я улыбнулся, а затем осмотрел ее тело на наличие укусов. На ней не было ни царапины.
После я занес Катерину в дом и уложил на свое место. Вернувшись на улицу, стал оглядываться по сторонам. Картина из расчлененных трупов снаружи меня слегка поразила. Сразу же стало ясно, что у Катерины ночка выдалась еще та. Через двадцать минут проснулись остальные. Том, лежа на диване, начал слегка постанывать от боли и жаловаться на свою ногу. Его младшая сестра предложила брату осмотреть рану.
Размотав повязку, Джесс увидела, что у Тома вокруг раны сильное покраснение.
– Боже, у тебя началось заражение! Срочно нужен пенициллин, иначе придется… – и тут Джесс замолчала.
Том занервничал.
– Что? Что придется?
В этот момент подошла Алиша и взглянула на рану:
– Ампутировать ногу тебе придется.
– Нет, вы так со мной не поступите! Только не это! Я не дам вам отрезать мне ногу!
Алиша продолжила говорить:
– Надо в шкафчиках посмотреть. Может, тут есть пенициллин.
– Без толку. Ничего ты тут не найдешь. Мы уже весь дом перерыли, – сказала Джессика немного грустным голосом.
Я взял в руки дробовик и протянул его Элдису:
– Бери. Поедем с тобой в город за медикаментами, заодно и еды раздобудем.
Алиша возмутилась:
– Нет, дорогой. Ты не поедешь. Там опасно.
Элдис подошел ближе к своей девушке:
– Пойми, я должен. Они приняли нас, и мы им обязаны. Не волнуйся, все будет хорошо.
– Тогда я поеду с вами.
Тут в разговор вклинился я:
– Мы поедем только вдвоем. И это не обсуждается.
Чтобы не терять времени, мы с Элдисом вооружились, взяли Hummer и отправились в Силвер-Крик, который был расположен на берегу озера Эри. Силвер-Крик сам по себе был небольшим городком с населением около трех тысяч человек, а назвали его в честь протекающей по его площади реки, что в переводе означало Серебряный ручей.
По главной трассе мы не поехали, я точно знал, что она заблокирована машинами. Сделав небольшой крюк и проехав по другой дороге, ведущей вдоль реки Силвер-Крик, мы добрались до нужного нам места за двадцать минут. В сам город не стали въезжать, дабы не создавать лишнего шума. Бросив Hummer за несколько сотен метров от города, мы отправились пешком. Шли медленно, постоянно бегая взглядами по сторонам. Радовало только одно: ходячих поблизости не было видно. Повсюду стояли битые машины и кругом валялись трупы мертвых людей, над которыми кружили мухи. Погода уже разгулялась, и невыносимая жара делала свою работу. Тела гниющих людей воняли так, что не продохнуть. Местами даже приходилось затыкать нос, чтобы не сблевать.
Некоторые двери и окна домов были заколочены досками, на которых было написано черной краской: «Не входить! Внутри мертвые!»
Впереди, в нескольких метрах от нас, на перекрестке улиц стоял военный внедорожник, оснащенный крупнокалиберным пулеметом.
А вокруг военного джипа друг на друге лежали убитые люди. По трупам можно было определить, что большинство из них даже не были инфицированы.