Внезапно в лесу раздался треск сухих веток. Мы замерли. Не прошло и минуты, как появились ходячие. Эти твари одна за другой выходили из леса прямо к нам, а следом за ними появлялись еще и еще. С каждой секундой их становилось все больше и больше.
Рэнди дернулся в сторону.
– Твою же мать! Снова эти жмуры. Ник, давай бери своих, и двигайте за нами с Сашей. Есть одно укромное местечко, там они нас не достанут.
Мы, не раздумывая, бросились бежать – отбиваться от них все равно смысла не было: мертвых оказалось слишком много. Скорее всего, это были те самые ходячие, которые следовали за нами от самой дороги.
Через какое-то время мы добрались до опушки леса. Сзади до нас все еще доносились их ужасающие стоны. Стоя на месте и жадно глотая ртом воздух, все пытались отдышаться. Я слышал, как мое сердце бешено бьется. Ощущение было, будто бы сейчас оно выскочит из груди. Моя голова налилась свинцом, а ноги стали ватные. Глядя на остальных, я не сомневался, что в данный момент у них было такое же паршивое самочувствие.
Но Рэнди толком и не дал нам отдохнуть. Он вскочил на ноги и снова бросился бежать, а мы без разговоров кинулись следом за ним.
Спустя полчаса мы перешли на обычный шаг. «Вроде как снова оторвались. Но надолго ли? – подумал я про себя, а еще я размышлял, пока мы шли: – Девушка с блочным луком молчаливая и немного странная. Интересно, что ее связывает с этим расистом? Ведь он, похоже, еще тот придурок. Да и зачем мы вообще за ними идем? От мертвых все же сбежали».
– Мы на месте, – прозвучал голос Рэнди.
Я посмотрел вперед.
В ста метрах от нас находилась трехэтажное недостроенное здание.
– Это-то место, про которое ты говорил?
– Да Ник, то самое. Сейчас поднимемся на самый верх, и вы сами убедитесь, что там безопасно. Через несколько часов уже стемнеет. Переночуем тут, а завтра решим, что делать нам дальше.
Я удивился.
– Нам?
– А что, вы против нашей компании?
В ответ я не сказал ни слова. Зато Алиша не промолчала:
– Насчет других не знаю, но я категорически против тебя. Саша может остаться, а вот ты нет.
– Да брось, милая, не гони.
– Ты расист. Такие люди, как ты, не меняются, я знаю. Вы всегда создаете проблемы другим.
– Ой, да ладно тебе. Или ты обиделась на мои слова? Так вон мексикашка-то молчит. И твой парень молчит. Если ты не нравишься мне, это не значит, что мы не сможем существовать бок о бок ради благих целей, тем более в сложившейся ситуации.
Элдис подошел вплотную к Рэнди:
– Тебе не кажется, что ты слишком много говоришь?
– Ты что, на меня наехать хочешь?
Я подошел к ребятам и встал между ними:
– Угомонитесь оба. Сейчас же.
Элдис и Рэнди тут же успокоились и разошлись в стороны. Затем мы поднялись на третий этаж недостроенного здания и на какое-то время затихли. В этот самый момент мимо проходили ходячие. Последний раз я такое большое стадо мертвецов видел в Атланте, возле пожарной станции. Мы тогда чудом спаслись. Спустя какое-то время эти твари исчезли из нашего поле зрения. Рэнди откуда-то притащил небольшой рюкзачок и бросил его перед нами.
– Это наша заначка с Сашей. Полагаю, вы голодны, так что поешьте.
Чуть позже, когда мы перекусили, ко мне подошел Рэнди и присел рядом со мной.
– Ну что, Ник, берете нас с собой?
– Я еще не решил.
Рэнди кивнул головой в сторону Элдиса:
– Все из-за этих цветных, да?
– Прекращай уже. Я тебе говорил, что для мертвецов без разницы, какого цвета мясо, они едят любое. Но если ты правда хочешь остаться в нашей группе, то тебе придется держать свой рот на замке. Это ясно?
– Яснее некуда, босс.
– И не называй меня так. Я тебе не босс. И вообще, откуда у тебя такие замашки?
– В тюрьме понахватался.
– Где? – удивленно я посмотрел на Рэнди.
– Исправительное учреждение Оберна, штата Нью-Йорк.
– И за что же ты сидел?
– Сейчас это уже неважно, Ник.
– Ошибаешься, еще как важно. Я должен знать, что ты за человек и за что мотал срок?
– За вооруженный грабеж. Мы с дружком совершили налет на забегаловку, хотели обчистить ее. Но эти уроды успели нажать тревожную кнопку. Пока мой кореш Лу выгребал деньги из кассы, я тем временем держал на прицеле продавца и под угрозой расправиться с ним требовал открыть сейф. Но тут нагрянули копы. Сволочи, быстро же они среагировали! Тут же перекрыли оба выхода.
Лу взял в заложницы официантку, писклявую такую. Она даже с пистолетом у виска не затыкалась, то и дело рыдала. Еще что-то бубнила на своем корейском, я так и не понял, о чем. Возможно, умоляла, чтобы не убивали, а там кто ее знает. Мой напарник попытался смыться через черный вход, козел даже про меня забыл, наверное, в тот момент беспокоился только о своей шкуре. Но легавые его застрелили при попытке к бегству, всадили ему две пули в спину, а меня приняли. Когда отмотал свой срок и вышел на свободу, я был безгранично этому рад. Но спустя двое суток стал думать иначе: впервые в жизни я захотел обратно в тюрьму. Вся эта хрень с постапокалипсисом конкретно порушила мои планы.
Я снова взглянул на Рэнди:
– Планы? Пойти на очередное ограбление?