Поначалу мы планировали найти бензин и вернуться к нашим машинам, но решили иначе: добыть другой транспорт, так как терять полдня на прогулки по лесу никому не хотелось.
Неподалеку от нас виднелись большие небоскребы. Это был город Рочестер штата Нью-Йорк. Добравшись до пригорода, мы начали выбирать себе машины. Их было немало возле частных домов, на парковках, просто брошенных посреди улицы. Складывалось ощущение, как будто мы пришли в магазин за покупкой нового автомобиля, особенно потому, как происходил сам выбор. Элдис и Диего искали минивэн. Для них было самым важным, чтобы он был повместительнее. А Рэнди с Катериной приценивались к дорогим тачкам. Остальные тем временем проверяли салоны других машин в надежде, что смогут найти что-нибудь полезное для группы.
Ходячих мертвецов поблизости не было, лишь обглоданные трупы людей валялись в разных местах улицы. Тошнотворный запах исходил от этих гниющих тел. Воняло так, что не продохнуть. Причиной всему была невыносимая жара. На солнцепеке зловоние становилось только сильнее. Мы старались вести себя тихо, дабы не создавать шума, ведь ходячие могли находиться где-нибудь неподалеку. Каждый из нас прекрасно понимал, что достаточно небольшого звука, чтобы эти твари услышали нас.
Позже Элдис и Диего подогнали к нам старенький минивэн модели Chevrolet, а Катерина с Рэнди с улыбками на лицах подъехали на BMW M5.
Через двадцать минут подтянулись остальные. Алиша нашла пару фонариков с батарейками, бутылку виски, несколько шоколадок и сумку, в которой лежало холодное оружие. В ней были пара ножей, один мачете и два топорика. Джессика вместе с Томом притащили кое-какую одежду, пару зажигалок, а также немного еды и воды. Не хватало только Саши. Мы тут же начали оглядываться по сторонам. Искать ее долго не пришлось, спустя минуту она сама объявилась. Ее лицо и вся одежда были забрызганы кровью.
Я подошел к ней ближе:
– Что случилось? Ты ранена?
– Все нормально, Ник. Я справилась: пятерых жмуров уложила.
– Ты точно в порядке?
– Говорю же тебе: да, у меня все отлично. И хватит уже беспокоиться обо мне. Я сама о себе позабочусь.
Затем я перевел свой взгляд на Рэнди:
– Пора выдвигаться. В какую сторону мы едем?
– Курс на Атланту.
– Если ты не знаешь, то Атланта кишит ходячими? Теперь это город мертвых.
– Я же не сказал, что мы едем именно туда. Я сказал, что в том направлении.
– Ладно. Поступим так. Рэнди, Катерина и я поедем впереди на седане. Остальные тогда в микроавтобусе. Только держите дистанцию. Если вдруг что, у нас должна быть возможность быстро сдать назад и развернуться, а теперь по машинам. Не стоит терять время.
Через несколько минут мы уже двигались по трассе со скоростью, не превышающей семьдесят километров в час. Время от времени на дорогу выходили ходячие, поэтому и старались сильно не гнать. Меньше всего нам хотелось из-за этих тварей угодить в ДТП. Также периодически приходилось ехать еще медленней, когда на дороге возникали препятствия в виде брошенных автомобилей. За рулем BMW сидел Рэнди. Он то и дело поглядывал назад в зеркало заднего вида, все рассматривал Катерину.
– Слышь, милая, откуда ты родом? Все смотрю на тебя и никак не могу понять.
– Москва. И я тебе не милая.
– Ух ты. Твою же мать, Россия! У вас там все бабы такие красивые, как ты?
– Да, все. Только не бабы, а женщины.
– Боже. Я уже начинаю жалеть, что родился не в вашей стране.
– Нечего пялиться на меня, лучше смотри на дорогу.
– Да не переживай – в кювет не завезу, а если жмура одного собью, то и поделом ему, одним меньше.
Я взглянул на Рэнди:
– Катерина права. Лучше не отвлекайся.
– Кстати, Ник, спасибо тебе.
– За что?
– Что в ту тачку не запихнул, а то бы сейчас ехал бы, словно в зоопарке.
– Рэнди, если не бросишь свои расистские штучки, то при следующей остановке поедешь именно там.
– А вот это уже с твоей стороны, Ник, настоящий шантаж.
– Считай, как хочешь. Но я тебе обещаю. Да и вообще, как ты докатился до этого?
– До чего?
– Откуда у тебя такая ненависть к людям другой национальности?
– Во всем виноват мой отец.
– Ну да, сваливать вину на других проще всего, Рэнди.
– Я рос без матери. Меня воспитывал отец. С раннего детства он внушал мне все это, а эти внушения проходили через мою спину. На ежедневной основе он бил меня палкой. Периодически я попадал в больницу, в основном со сломанными ребрами. Врачам всегда говорил одно и то же: что упал с лестницы.
– Надо было не молчать, а наоборот, рассказать всем правду.
– Ну, сказал бы я, а дальше-то что? Его бы наказали, а меня и моего шестилетнего брата упрятали бы в детдом. Я только из-за Криса терпел отцовские побои. Когда братишке исполнилось пятнадцать, мы вместе с ним сбежали из дома. Поначалу приходилось скитаться и ночевать на улице. Я подрабатывал, как мог и где мог, иногда даже воровал, а потом оказался в тюрьме. Ту историю, Ник, ты уже знаешь.
– А где сейчас твой брат?