– И вы считаете, что шабаш проходил прямо на том складе, куда вы ее везли?
– Может, и там, хотя кто знает… – Василий помолчал пару секунд, потом снова взял бутылку. На сей раз из нее вылилось лишь несколько капель.
– Слушай, – икнул Василий. – Может, к тебе поднимемся? А то у меня уже все, – он помахал пустой бутылкой. – Да и вообще, это ты у нас новосел. Тебе и поляну накрывать.
– Да у меня беспорядок, – улыбнулся собеседник. – Вы же понимаете, переезд, все дела. Давайте как-нибудь в другой раз.
Василий неожиданно усмехнулся:
– Давай начистоту – ты ведь не покупал никакой квартиры. И вообще не живешь в нашем доме. Я прав?
Собеседник молчал. На его лице не дрогнул ни один мускул, но в глазах что-то шевельнулось. Что-то, что очень не понравилось Василию.
– Ты специально ко мне пришел? Тоже один из этих, да? Сектант? Я так и думал! – он снова икнул и хлопнул себя в грудь. – А знаешь, как я догадался? Я ведь не говорил тебе, что вез ту девку на склад. Сказал только – в промзону. Откуда ты знаешь про склад?
Собеседник по-прежнему молча глядел на него. Василию показалось, что сидевший по ту сторону стола вдруг стал выше ростом.
– Сектант гребаный… – Василий треснул зажатой в руке бутылкой о стол. Куски разбитого стекла полетели на пол, в руке осталась «розочка». – Сейчас ты у меня получишь…
– Зря вы так, – очень тихо произнес собеседник. Он определенно стал казаться выше.
– У, падла! – Василий попытался подняться, чтобы нанести удар, но тут же рухнул обратно. Силы покинули его, словно их кто-то разом высосал.
– Жаль, Василий Павлович, очень жаль, что вы меня тогда не послушали. Вам всего лишь нужно было довезти мою марионетку до нужного места, и вы бы получили щедрую оплату. Но вы проявили любопытство, причем в самый неподходящий для этого момент…
Василий ошарашенно наблюдал, как собеседник все больше увеличивается в росте. Он точно не был таким высоким, когда подходил к столу. А может, так кажется с пьяных глаз?
Нет, не кажется. Потому что лицо незнакомца тоже стало меняться.
– Что ж, вы сами виноваты. Помните, что я сказал вам по телефону?
Вытаращив глаза, Василий смотрел на все увеличивающееся в размерах существо, что медленно вставало из-за стола.
– Я сказал, что если вы не отвезете ее по нужному адресу, то я сам навещу вас –
Когда то, что раньше было головой собеседника, коснулось потолка, Василий закричал.
Спустя секунду крик оборвался.
Василия нашла соседка, у которой хранился ключ от его квартиры.
Он сидел за столом на кухне, бессильно опустив голову на руки. Перед ним валялись остатки разбитой бутылки вместе с нехитрой закуской. Взгляд женщины остановился на единственной рюмке.
Проверив на всякий случай пульс, соседка тяжело вздохнула:
– Допился, бедняга…
Ей, в отличие от приехавших следом санитаров, повезло не увидеть выражение ужаса, застывшее на лице покойного.
Случилось это в середине девяностых, когда я учился в пятом классе. В тот день я до вечера задержался в школе, помогая классной украшать кабинет к Новому году. Когда освободился, на часах было почти шесть. На улице, естественно, давным-давно стемнело.
Школа находилась на другом конце поселка от моего дома, поэтому мне предстояло пройти несколько километров в почти полной темноте и сугробах по колено. Но делать нечего, пришлось идти.
Когда больше половины пути осталось позади, я проходил особенно глухой участок. Дома здесь по большей части стояли темные и заброшенные. Фонарей не было, я с трудом видел, куда иду, а потому не сразу заметил, что за мной кто-то увязался. Преследователь – коренастый мужчина в черной куртке и натянутой на глаза шапке – шел в ногу со мной, и скрип снега под нашими ногами сливался в один звук, из-за чего я долго его не замечал.
Какое-то время я продолжал идти прежним темпом, стараясь не подавать виду, что заметил слежку. Затем, не выдержав, пошел быстрее. Скрип позади меня тоже участился.
Тогда я побежал. Ноги скользили, я делал все возможное, чтобы не упасть. Мужик бежал следом. Расстояние между нами стремительно сокращалось. Я уже понимал, что преследователь настигнет меня раньше, чем я добегу до дома.
В голове крутились догадки о том, что со мной сделают, если догонят. Выбор был шире некуда: ограбление, похищение, даже убийство. Благодаря «Криминальной России», выпуски которой я никогда не пропускал, любой из этих вариантов казался более чем реальным.
И тут меня осенило – ведь на этой улице живет мой дед! Вот его дом, всего через пару десятков метров. Он меня и спрячет, и мужику, если сунется, отпор даст – ружье-то у деда имелось.
Я на ходу распахнул калитку и влетел в дом.
Все получилось как нельзя лучше. Вскоре я уже сидел за столом и пытался отдышаться. Сидел, к слову, в темноте – дед сказал, что у них опять электричество отключили. Такое у нас в поселке часто практикуют, особенно на улице, где дед живет. Сам он вышел во двор, намереваясь поговорить по душам с моим преследователем, если тот еще не убрался восвояси.