Свят не давал Маю отдыха. Когда тот уходил на плаванье, он доставал Рэя или меня. Поэтому прихода нашего пловца мы ждали с нетерпением.
Одна выходка с телефоном чего стоила. У Мая на заставке стояла фотка Рэя. Так как свои мы отключили, мы пользовались его для связи с братом. В общем, Святу эта фото не понравилось, и он поставил на заставку свое. Фото как фото, ничего особенного. Май такой жест не оценил и удалил ее. Свят поставил более откровенную фотографию. Снова в корзину. Еще одну, еще развратнее. Опять неудача. Ему это быстро надоело. В этот раз во весь экран была фотография Свята в черных приспущенных джинсах, голый торс, на котором отчетливо было видно торчащие соски. Завершал образ кожаный ошейник на изящной шее и совершенно блядское выражение лица с закушенной губой.
У моего котенка был скрытый талант. Он разбирался в технике лучше любого мастера или хакера. Творил такие вещи, что волосы вставали дыбом. Он и пообещал, что если Май удалит и это фото, то он заблокирует ему телефон, компьютер и вообще все что можно. После такого шантажа Май согласился на обычную фотографию. Мы все вместе сфотографировались, только Кира не было. Получилось очень даже мило. Рэй не успел пикнуть, как у него на заставке стояло то же, что и у Мая. Все довольны, все счастливы. Ну, кроме меня, Рэя и Мая. А так все счастливы.
Ночью я никак не мог заснуть. Три дня до совершеннолетия. Ни одного дня рождения я не ждал еще так сильно. Было ощущение еще чего-то, чего-то нехорошего. Только чего, я понять не мог. Ближе к трем ночи я провалился в беспокойный сон.
ГЛАВА 7
Проснулся я в первом часу дня. Если меня не будить, могу спать и до трех, но что-то мне не давало уснуть. Провел рукой по кровати. Холодная. Резко сажусь и оглядываюсь по сторонам. Все как всегда: кровать, шкаф, торшер. Чего-то не хватает. Не могу понять чего. Встаю, обхожу по периметру комнату. Да что происходит?
Надеваю домашние штаны и выхожу в гостиную. Пусто. Иду в комнату к Маю. На полпути резко торможу. Где Свят? В квартире стало пусто. Нет, все на своих местах. Но чего-то не хватает. Я знаю чего. Мне не нужно заходить в комнату. Я и так знаю, его там нет. Открываю дверь, и сердце пропускает удар. Где? Где он?
Сползаю по двери и смотрю в одну точку. Прошел, наверное, час. Может они в магазине, может к соседу за солью зашли? Черт. Слышу приглушенный сигнал сотового. Встаю. Откидываю подушки. Это Рэй. Руки трясутся. Беру трубку. Вдруг это Свят.
- Привет малыш, как попа? – пропускаю все мимо ушей. Не тот голос. Не он.
До боли сжимаю кулак.
- Их нет. Их нет дома, – слова даются с трудом. Ком в горле мешает говорить.
- Влад?
- Их нет дома. Давно нет. Я проснулся, а их нет, – сейчас во мне такая злость. На них, на них обоих. Куда ушли? Зачем?
- Я сейчас приеду. Сиди дома.
Тишина. Не знаю, сколько проходит времени.
Встаю. Умываюсь. Одеваюсь. Не нахожу свою любимую толстовку, плюю на это и надеваю ярко-желтую Свята. Она еще хранит его запах. От этого тяжелее. Срываю ее с себя и бросаю на пол. Надеваю черный свитер и выхожу в коридор. Последнее время на улице прохладно, и не скажешь, что лето.
Не успеваю дойти до двери, она с хлопком отлетает в сторону, и я вижу обеспокоенное лицо Рэя и взбешенное Кира. Обхожу их и начинаю обуваться.
- Куда?
Брат в бешенстве. Я ощущаю это буквально физически. Мне плевать.
- Искать, – моим голосом можно заморозить целое озеро. Шаг к двери.
- Стоять, – почти хором. - Двоих искать проще, чем троих. Сядь и жди.
- Но…
- Я сделаю все что смогу. Какие же вы идиоты. Оба.
Дверь хлопнула.
Следующие несколько часов как пытка. Каждый шорох, каждый хлопок как маленькая надежда, что это он. Что все хорошо.
Сердце кольнуло. Такое бывает, когда одному из нас плохо. Я замер, прислушиваясь к ощущениям, и в какой-то момент почувствовал бешеную тоску. Боль разлуки. Звонок телефона раздался так неожиданно, что, кажется, я вскрикнул. Это меня. Я точно знал. Я, сука, чувствовал это каждой клеточкой тела. Рэй даже не дернулся к телефону. Он видел мой взгляд. Он понял.
- Алло, – как я смог взять себя в руки, я не знаю. Это было очень сложно.
- Привет, Святуся!
Шок сковал мое тело. Это - мой голос, это я так называю своего брата. Что происходит?
- Влад? – зачем я задал этот вопрос, я не знал. Я ведь здесь. Это произошло машинально. Как будто он хотел этого. Мы всегда завершали фразы друг друга, но сейчас я не хотел этого.
- Я у Марии и Андрея. Не волнуйся, со мной все нормально, – когда он произносил имена наших родителей, на заднем плане кто-то хмыкнул. Они там. И им, сука, не понравилось, что их за родителей не считают. Это же они от нас отказались, а не мы от них. Мы им ноги должны целовать, а не по именам называть. Как же я их ненавижу! Твари, твари.
- Мне тут придется немножко уехать. Ты не скучай. Я вернусь, ты только жди.
Это моя интонация. Я так разговариваю. Не могу произнести ни слова.
- Со мной Май, скажи Рэю, что все хорошо. Его отпустят сразу, как мой самолет взлетит.
Бинго! Он в аэропорту. Но в каком? Обычный или частный? Где ты, малыш?
