В прозрачной синеве неба виднеются лишь кипенно белые зефиринки облаков, двигаемые игривыми ветрами по самым причудливым траекториям. Ветра, будто и впрямь обладая подобием детского разума, играючись, вылепляют из облаков то куличики, то лошадок и медвежат, а то и неведомых зверушек, понятных лишь самим маленьким творцам.
Облака сбиваются в кучи, а потом вдруг вновь рассыпаются снежной крупой. В этом весёлом хаосе не всегда возможно отличить природные явления, вроде влекомых ветрами облаков, от альбатросов и чаек, сопровождающих любое судно, не слишком удалившееся от побережья.
Низкие тяжёлые волны, набегая сонно и дремотно, лениво ударяют в борта стоящего на якоре судна, едва покачивая его, как мать качает колыбель с ребёнком. Солнечные зайчики, отражаясь от поверхности воды и полированных деталей «Девы Марии», резвятся, как беззаботная детсадовская малышня на прогулке в парке, только что беззвучно, что для человеческих детёнышей дело совершенно немыслимое.
Сонная, ленивая нега, когда не хочется делать решительно ничего, а только залечь в гамак между двумя тенистыми пальмами, и потягивать через соломинку кокосовое молоко, лениво переговариваясь с приятелями о всякой ерунде. Увы…
Помощник капитана туго знает своё дело, и команда занимается работами, неизбежными на любом судне. Не мучая экипаж ерундой с надраиванием медяшек и покраской всего, что может быть окрашено, он затеял, очевидно, переборку каких-то механизмов, вытащив на палубу странную конструкцию из блоков и талей.
Разрогатившись во все стороны, конструкция эта занимает изрядное пространство на палубе, но пожалуй, лишь крайне далёкий от моря человек отнёсся бы к ней с толикой любопытства. Моряки же, привыкнув к погрузочно-разгрузочным работам во всяком порту, да работам на судне, требующим порой изрядной инженерной фантазии, не нашли бы в этой причуде решительно ничего интересного!
… и зря.
Мелькнувший среди облаков альбатрос сделал широкий круг над «Девой» и решительно начал снижаться. Сторонний наблюдатель, найдись вдруг такой, пожалуй, вспомнил бы библию, или может – новомодные фантастические рассказы. Это там, в небесах, неизвестное создание кажется обычной птицей…
… а сейчас, в приближении, хорошо видно фантасмагорическое создание, направляющееся к судну! Экипаж засуетился, и наблюдатель несомненно одобрил бы эту деловитую суету, ибо подобных тварей, будь они хоть из Бездны, а хоть бы и чудом сохранившимися потомками древних созданий, лучше встречать во всеоружии!
Взрыкивая, крылатое чудовище село на воду и побежало к судну, превращаясь из хтонической твари в причудливый аэроплан. Силами мастеров и художников, силуэт его и впрямь навевал изрядную оторопь, заставляя поминать то ли Нечистого, то ли Дарвина… Ещё и раскраска, будь она неладна!
Право слово, пролети такое над городом, переполох будет преизрядный! Работы добавиться всем, от священников, до полицейских и поднятых по тревоге военных и милиционеров, давно уже забывших о военных сборах, и судорожно пытающихся вспомнить, куда же они засунули своё снаряжение.
Аэроплан же, пробежав по морским волнам, остановился у самого борта «Девы Марии» так, что даже чуть-чуть подтолкнул судно носом – будто телёнок, бодающий безрогим пока лбом вымя матери. Летательный аппарат спешно подхватили, и разрогатившаяся конструкция оказалась очень даже к месту.
– Дымы, – коротко сказал пилот, выпрыгнув из кабины. Скинув с себя прямо на палубу перчатки, куртку и шлем, молодой человек сдвинул на потный лоб лётные очки и расстегнул планшет, доставая карту.
– Вот здесь, – аккуратно подстриженный ноготь ткнул в нужное место, – Сигнальщики с лодок подтвердили – наш клиент.
– Скорость? – коротко поинтересовался Чиж. Несмотря на юный возраст и совершенно щенячий вид, он не выглядит ряженым, и ни у кого на судне нет сомнения, кто здесь главный!
– Двенадцать-тринадцать узлов, – отозвался пилот, – экономическим идут. Небольшая дуга…
Он пунктиром наметил на карте маршрут нужных судов, и добавил чуточку виновато, как бы оправдываясь за недостаточность информации:
– Горючее заканчивалось, я к судну уже на последних каплях подошёл.
Чиж промолчал, едва заметно качнув головой и бросив разве что короткий взгляд. Но пилота разом прошиб пот, вспомнились все до единого наставления по лётному делу и инструктажи по технике безопасности.
– Понял… – вздохнул он, – буду пересдавать. Все?
Снова короткий взгляд Чижа…
– Понял, – снова вздохнул пилот, – Есть все пересдавать!
Не теряя времени, техники проверили двигатель и важнейшие узлы, залили горючего, и несколько минут спустя аэроплан снова взлетел, но на этот раз за штурвалом сидел Чиж. Забравшись на нужную высоту, он сверился с картой и компасом, привычно перестраховываясь, и направил полёт аэроплана в сторону пароходов, зафрахтованных Британией.
