Мирослав — мой новый воевода, один из младших бояр, который поддержал меня на вече. Толковый человек, хорошо разбирается в военном деле.
— Правильно делает, — одобрил я. — Готовность к войне — лучший способ её избежать.
От кузницы пошёл к гончарам. Хотелось заказать новую посуду для княжеского стола — что-то более представительное, чем обычные миски и кружки.
Гончарная мастерская встретила меня запахом глины и дымом печей. Мастер — пожилой человек с добрыми глазами — показал свои лучшие работы.
— Вот эти чаши для пиров годятся, — сказал он, показывая красивые расписные сосуды. — А это для повседневного стола.
Посуда была действительно хорошей — аккуратной, прочной, с красивой росписью.
— Отличная работа, — похвалил я. — А можешь сделать полный сервиз для княжеского стола?
— Конечно могу! — обрадовался гончар. — За месяц всё сделаю, не хуже боярских.
Договорились о заказе. Ещё один штрих к княжескому престижу.
После гончаров направился к ткачам. В их мастерской женщины работали за большими станками, создавая сложные узоры на полотне.
— Добро пожаловать, государь! — поприветствовала меня старшая мастерица. — Хотите посмотреть на наши работы?
Она показала мне различные ткани — от простого полотна до роскошных ковров. Особенно впечатлил большой ковёр с изображением двуглавого орла.
— Это для княжеского терема делали, — объяснила мастерица. — Думали, вдруг понадобится.
— Понадобится, — заверил я. — Красивая работа.
Заказал несколько ковров для украшения княжеских покоев. Должен же дворец выглядеть соответствующе.
К середине дня я дошёл до самых окраин города, где располагались дворы простых горожан. Здесь жили те, кто кормил Смоленск — земледельцы, скотоводы, рыбаки.
В одном из дворов увидел интересную сцену — пожилой человек обучал мальчика стрельбе из лука.
— Не так держишь! — говорил старик. — Локоть выше, тетиву к уху!
Мальчик послушно исправлял стойку и пускал стрелу. Получалось неплохо для начинающего.
— Добрый день, — поприветствовал я их. — Тренируетесь?
— Ага, — ответил старик, поклонившись. — Внука учу. Говорю ему — при новом князе всем воинами быть надо.
— А зачем всем воинами быть? — спросил я.
— Да как же! — удивился старик. — Князь у нас теперь сильный, справедливый. Значит, враги точно сунутся. Надо готовыми быть, чтоб город защитить.
Логично. Простые люди понимали — сильная власть притягивает вызовы.
— И правильно делаете, — одобрил я. — А ещё чему мальца учите?
— Да всему понемногу. Мечом махать, копьём колоть, на коне сидеть. Война — дело серьёзное, к ней готовиться надо с детства.
Я понаблюдал немного за тренировкой, дал пару советов по технике стрельбы. Мальчишка слушал внимательно — видимо, знал, кто перед ним.
От окраин направился обратно к центру. Хотелось ещё раз пройти по главным улицам, почувствовать ритм городской жизни.
По дороге зашёл в несколько лавок, которые ещё не посетил. У хлебников купил свежий калач, у мясников — копчёную колбасу, у виноторговца — кувшин хорошего вина.
— Как торговля идёт? — спрашивал я у каждого.
Ответы были одинаковыми — лучше, чем раньше. Люди чувствовали стабильность и тратили деньги свободнее.
К вечеру я дошёл до старой части города, где узкие переулки петляли между древними домами. Здесь было тише и безлюднее — большинство горожан уже расходились по домам.
Я не торопился — приятно было побыть одному после целого дня общения с людьми. К тому же в этой части города была особая атмосфера — здесь чувствовалась древность Смоленска, его многовековая история.
Свернул в узкий переулок между двумя старыми домами. Здесь было совсем пустынно — только снег хрустел под ногами да где-то капала с крыши оттаявшая вода.
И тут я почувствовал опасность.
Инстинкт, отточенный годами жизни в мире, где смерть могла прийти откуда угодно, заставил меня остановиться. В воздухе витало что-то чужеродное — запах магии, но не местной, а иной, холодной и враждебной.
Я медленно огляделся. Переулок казался пустым, но...
— Выходите, — сказал я громко. — Нет смысла прятаться.
Из-за углов появились трое. Мужчины в тёмных плащах, с закрытыми лицами. В руках у них были длинные кривые кинжалы, от которых исходило зловещее свечение.
— Виктор из Смоленска, — прозвучал хриплый голос одного из них. — Тебе пришёл конец.
Акцент был явно литовский. Значит, волхва не ошибалась — враги не дремлют.
— И кто же вы такие? — спросил я, незаметно готовя заклинание. — Гости незваные?
— Мы — Лесные Тени, — ответил тот же голос. — Жрецы древних богов. И ты осквернил священную землю своей чужеродной магией.
— Понятно, — кивнул я. — Литовские друиды. А что, не можете справиться с одним человеком без устроения засады?
— Один человек? — рассмеялся первый убийца. — Ты не человек. Ты — отродье тьмы, пришедшее разрушить старый порядок.
— Старый порядок и сам неплохо разрушается, — заметил я. — Без моей помощи.
Но говорить было некогда. Первый нападающий бросился вперёд, взмахнув светящимся кинжалом. Движения у него были быстрые, почти нечеловеческие — видимо, магическое усиление.
