– Что будем делать с этим мешком дерьма? – спросил Мякиш. – Его ещё в доме Сибагата надо было прибить, когда он Иваху завалил. А мы его для чего-то всё ещё живым держим.
– На что он нам теперь? – ухмыльнулся Сурок. – Сегодня мы навсегда распрощаемся и, надеюсь, больше никогда не увидимся. Осталось только заглянуть в дом Аксиньи, забрать золотишко, там припрятанное, и…
– Свяжем покрепче и в подвал бросим, – предложил Сиплый, закуривая. – Когда Назара найдут и развяжут, мы все далеко уже будем.
– Из кабака ночью свалим, – сказал Макар, погладив сумку со своей долей. – До Казачьей слободы пешком пойдём, так надёжнее будет.
– Ну зачем же пешком? – воскликнула Аксинья, неожиданно появляясь в дверях. – У меня лошадка с телегой во дворе вас дожидается.
– А вот это замечательно, – усмехнулся Сиплый одобрительно. – С такими сумками шагать – без рук останешься.
– Так чего, жрать нести, ироды? – поинтересовалась Аксинья. – Или ко мне голодными поедете?
«Приняв заказ», Аксинья вышла. Вернулась она скоро – выставила на стол пять бутылок водки, стаканы и ушла обратно на кухню.
– Ну чего, рябую со жратвой ждать будем или остограммимся покуда? – предложил Макар, потирая руки.
– А что, нам не привыкать глушить водяру, рукавом занюхивая, – поддержали его разбойники. – Дербалызнем по стакану, пока она ходит, а заодно и Назарку попотчуем. Пусть порадуется за нас, жив покуда, курвец паскудный!
Хохоча и перешучиваясь, они подняли со стола наполненные стаканы и, поздравляя друг друга с удачей, выпили. Когда они снова заполнили стаканы водкой, в комнату вошла Аксинья.
– Наконец-то, – оживились разбойники, – тебя только за смертью посылать, профура рябая!
– А что за ней посылать, она рядом с вами ходит, – не очень-то удачно пошутила женщина, но голодные разбойники не обратили на её слова никакого внимания.
Выпитая водка пробудила в них зверский аппетит, и они с рычанием набросились на закуску, и веселье продолжилось.
– А ты чего не ешь и не пьёшь, «барин»? – обратилась к главарю Аксинья. – Или брезгуешь с ними за одним столом трапезничать?
– Отвали, желания у меня нет, – огрызнулся тот, доставая из пачки папиросу и закуривая.
Оглянувшись на пирующих, женщина нагнулась и, едва не коснувшись уха главаря губами, прошептала:
– Сейчас я выйду, а ты чуток позже выходи за мной…
– Это ещё для чего? – изумился он.
– Тебя хозяин на дворе дожидается… Увидеться с ним не хочешь?
– Хозяин?! Уж не Сибагат ли Ибрагимович? – оживился тот.
– Он самый, – ответила женщина вкрадчиво. – Хозяин у меня один, и он ждёт тебя…
Проводив её недоверчивым взглядом, главарь встал с табурета и шагнул к двери.
– Эй, а ты куда? – обратив на него внимание, поинтересовался Макар. – Ты чего это не бухаешь с нами, «господин сыщик»?
– Сейчас, отлучусь по нужде ненадолго и вернусь к вам, – пообещал главарь, берясь за дверную ручку.
– Только поживее шевели копытами, – усмехнулся, обгрызая куриную ножку, Сурок. – А то к твоему приходу жратвы не останется.
Главарь вышел из комнаты, прикрыл за собой дверь и вздрогнул, натолкнувшись на поджидавшую его в темноте Аксинию.
– Фу ты чёрт, напугала, ведьма проклятая, – выругался он. – Ну и где твой хозяин? Или ты мне голову морочишь?
– Там он, у телеги, – сказала Аксиния. – Ступай со мной… Он о чём-то покалякать с тобой хочет.
– Я тоже умираю от желания с ним встретиться, – усмехнулся главарь, осторожно вытягивая из кармана револьвер. – Мы с ним расстались как-то не по-людски, а теперь, наверное, окончательно выясним отношения.
Они подошли к телеге, но их никто не встретил. Главарь разбойников насторожился и приставил ствол револьвера женщине в бок.
– И где же твой хозяин, «овца заблудшая»? – спросил он полным угрозы голосом. – Ты что-то задумала, стервоза?
– Да здесь я, не кипятись, – прозвучал сзади мужской голос.
Вздрогнув от неожиданности, главарь разбойников резко обернулся, и вдруг… Свет померк в его глазах. Выронив оружие, он как подкошенный рухнул на землю, даже не почувствовав удара по голове, от которого лишился сознания.
– Вяжи его покрепче, Иван, и в телегу клади, – распорядилась Аксинья. – Только башку ему не сверни. Хозяин его живым видеть хочет.
Уложив связанного главаря в телегу, Иван «заботливо» накрыл его одеялом и, потирая ладони, выжидательно посмотрел на женщину.
– Телегу ближе подгони, – распорядилась она, направляясь к кабаку. – Сейчас для тебя ещё много работы будет…
Когда Аксинья вошла в комнату, разбойники уже ползали по полу с землистыми лицами, захлёбываясь рвущимися наружу рвотными массами.
– Эх вы, оглоеды, – сказала она. – Я же сказала, что смерть рядом с вами стоит и никуда ходить за ней не надо.
Перешагивая через бьющиеся в конвульсиях тела, Аксинья подошла к перепуганному Круглякову.
– Ну вот, и ты отмучился, Назарушка, – улыбнулась Аксинья, вытягивая платок из его рта. – Теперь я освобожу тебя, и мы поедем к хозяину.
– Ты… ты… – Кругляков тяжело дышал и не находил слов.
